Наставник для музы

И подушку чтоб зашил!

Яхта-трансформер потопталась на своих «курьих ножках», неуклюже повернулась на сто восемьдесят градусов и стала спускаться в Малый котел, где на дне синело чистейшее горное озеро. Его диаметр сложно было определить наверняка, но даже на высоте в полкилометра оно представлялось необъятным.

- Ого! Вот так лужа! – воскликнула Таймири и с риском для жизни перегнулась через леера.

- О горных озерах непочтительно отзываться – на себя проклятие навлекать, - авторитетно высказалась Эдна Тау.

- Ага, а еще они жутко мстительные, - поддразнила ее та.

- Бывает, - бесстрастно подтвердила индианка. – Озеро может легко проглотить обидчика. Старая Овдорна говорит, «горные очи» бездонны.

- О, вы столько всего знаете! – встряла восхищенная Минорис. – Вы, наверное, много где побывали.

- Иногда, - глубокомысленно произнесла Эдна Тау, - можно объехать весь мир, а ничего не увидеть и ни о чем не узнать.

Новость, что капитан собрался наводить порядок, разнеслась по яхте с быстротою молнии. И когда запыхавшийся Папирус сообщил эту новость Минорис, та опрометью припустила к каюте. Перья! За перья Кэйтайрон ее убьет.

Она просунула нос в дверную щелку – да так и обомлела: по каюте, мурлыча под нос странную песенку, ползал на карачках Остер Кинн. А песенка у него была, ни дать ни взять, пиратская: «Кто же следующим пойдет на эшафот? Э-эх! Кому голову отрубят, кто ее сам принесет.

Он удостоил Минорис одним-единственным взглядом, после чего столь же невозмутимо продолжил уборку.

- Знаешь, - вкрадчиво сказал он, - а ведь капитан может уподобиться тебе и учинить расправу над тобой, как ты – над этой бедной подушкой.

- Я… я не хотела, - промямлила Минорис. – Меня философ довел. Вернее, его несносная философия.

- Все мы горазды спихивать на других. Но капитан разбираться не станет.

- И что же теперь будет? – с содроганием спросила она.

- Да что угодно. Поэтому трепещи и бойся. Но, вообще-то говоря, - издевательски протянул Остер Кинн, - вполне может статься, что капитана отвлечет куда более значительное происшествие…

Какой-то пьяненький чудак, нагнувшись вниз, увидел воду. И рассудил, что для стоянки неплохо якорь опустить. Он размотал железный трос, напряг свои стальные мышцы, и якорь полетел со свистом, таща корабль за собой.