Наставник для музы

Остер Кинн решил проверить пеленки на предмет нежелательных выделений.

- Фи! Ну и вонь! – высказался он. - И что же нам теперь делать?

- Ясное дело, перепеленаем, - презрительно нахмурилась Сэй-Тэнь. – Твоя рубашка вполне сгодится.

- Эй! Я так просто не дамся! – запротестовал тот. Однако уже через несколько минут он стоял, оголенный по пояс.

В рубашке Остера Кинна малыш сразу почувствовал себя защищенным и лет эдак на десять повзрослевшим, потому что от прежнего владельца рубашка впитала не только запахи, но и немного храбрости, и даже кое-какую смекалку.

Смекнув, что опасность позади, ребенок тотчас крепко уснул.

Грязную пеленку отдали Таймири – чтобы поменьше рассуждала и не витала в облаках.

- Чего кривишься? – сказала Сэй-Тэнь. – Дойдем до ручья – постираешь.

- А почему бы просто не бросить эту гадость здесь?

- Тигры учуют, пойдут по следу, - шепнула Эдна Тау. Краем глаза она заметила в простынке крошечный обрывок сосновой бумаги – лескры. Лескру умели изготавливать только в племени ненавистных Бурых Року.

Люди Знойной Зари частенько получали от них свертки лескры с предупреждениями, угрозами и объявлениями войны.

Однако на сей раз послание было несколько иного содержания.

- Окружите лаской. Ритен-Уто, - прочитала индианка тоном, выражающим крайнее неодобрение. – Это в их духе – бросать детей.

- В чьем духе? – не уразумел Остер Кинн.

- В духе Бурых Року, - проворчала Эдна Тау. – Их женщины живут исключительно ради собственного удовольствия.

Если ребенок не нужен, его выкидывают, как мусор. Обычно тигры даже косточек не оставляют. Но в нашем случае – исключение. Мать, очевидно, не хотела бросать малыша. Ее вынудили.

- Негодяи! – процедил Остер Кинн. – Ну, мы им покажем! Вырастим из крохи богатыря! А?

- Обычно мои соплеменники так и поступают. Из отпрысков Бурых Року получаются самые настоящие герои. Герои, преданные Знойной Заре.

- Если есть выбор отнести его в мастерскую счастья или в индейский вигвам, то, думаю, лучше первое, нежели второе, - включился в разговор философ.

- Это еще почему? – удивилась Сэй-Тэнь.

- А я разве не говорил? Каждый, кто приходит в мастерскую, должен принести дар. Это может быть что угодно. Вещь или человек. Или ребенок. Детей там растят и обучают искусствам да премудростям.

- В таком случае, отдам его в мастерскую, - решила Сэй-Тэнь и прижала малыша к груди. – Мой маленький, Ритен-Уто.

- А я? – подала голос Минорис.