Перекрёсток Миров: Двуликий

Доносится стук копыт поркабанов и появляется характерный запах — тот самый, по которому Гидеон, словно гончий пёс, ориентировался в кромешной тьме... «А сам-то он, кстати, где?» — только сейчас спохватился ловчий.

— Там шевеление! — крикнул незнакомый голос.

Сердце Аллистера сжалось в ком. Мысленно попрощавшись с жизнью и перекрестившись, он настолько тихо, насколько это было возможно, обнажил меч и привстал на корточки, не отходя от куста. В глубине души теплилась надежда, что разбойники засекли капитана; на всякий случай Аллистер перебрал в голове варианты, как он будет объяснять вышестоящему начальству, если Гидеона сейчас зарежут.

— Сброю на землю, руки вверх! — велел всадник.

— Без резких движений! Стрелять буду! — пригрозил второй.

Не успел Аллистер ругнуться, как уже был со всех сторон окружён агрессивно настроенными филаргитниками. Они были вооружены и снаряжены далеко не так хорошо, как он, — лёгкие кожаные доспехи без шлема, копья, луки; на рылах поркабанов красовались металлические шипастые нарыльники, явно выкованные опытным мастером и предназначавшиеся для тарана и защиты, а украшенные сёдла, вне всяких сомнений, были украдены у кого-то богатого.

Боевая подготовка у лесных разбойников наверняка не дотягивала до уровня ловчих Ордена, но вступать в бой одному против такого количества противников было бы глупо, даже если бы они были вооружены лишь голыми кулаками. К тому же, Гидеон что-то пока не торопился выбираться из укрытия и помогать, а сонливость брала своё — больные суставы, замыленные глаза и тяжёлая голова Аллистера при попытке дать отпор сведут его в могилу.

— Глухой?! — повторил всадник. — Сброю на землю!

— Да чего ты с ним цацкаешься? — предложил второй, резко напав сбоку и грубым ударом булавой сбив ловчего с ног. — Верёвки у кого? Вяжите гада.

Аллистер не сопротивлялся. Очень быстро его грубо сковали по рукам и ногам, а меч был кем-то бесцеремонно присвоен.

— Остальные где? — решительно спросил Микола.

— Не знаю, — заверил ловчий.

— Врёшь, скотина. Ты не один сюда пришёл. Где остальные? Лучше тебе не вилять, иначе хуже будет.

— Один остался на опушке, стережёт коней. Где другой — я, честно, не знаю. Он был со мной, но смылся.

— Который из них твой командир?

— Тот, что смылся.

— Ну, конечно, как же иначе... Трусливая дворняга он, а не адская гончая. Всеволод и Вячеслав, пленного доставьте в лагерь. Остальные — рассредоточьтесь и ищите беглеца.