Сильнейший из магов

Он представляет маленькую Мору, которая в ужасе хнычет, прячась в объятьях этой большой и доброй медведицы.

По телу противными иголочками пробегает холодок.

— С нами тогда был эльдр, он больше других не нравился людям. Но мы не могли отдать его на растерзание озлобленной толпе. Нам повезло, что он хорошо знал горы. Он провел нас по горным тропам, которые ведомы лишь сибрийцам. По его наставлениям мы каждый день молились Младшей Саде, чтобы она оберегала караван в пути.

— И она оберегала? — спрашивает Мора, обеспокоенно сжимая в кулачках ткань сарафана и с надеждой заглядывая в глубокие глаза Нити.

Та кивает с улыбкой и гладит Мору по макушке.

— Оберегала. Мы шли через ее владения, окруженные исполинскими горными склонами. Когда я поднимала голову, казалось, что каменные вершины вонзаются прямо в небо и держат его тяжесть своими могучими телами.

— Ах! — восхищенно выдыхает Мора, и Лина беззвучно ей вторит.

— Если где-то есть пик, названный именем Младшей богини Сады, то я о нем не знаю. Но эльдры, сибрийцы, знать должны.

Нита смотрит на Каина, чего-то ждет, а у него в голове тишина и образы высоких гор, утопающих в облаках. Мора начинает теребить зажатый в кулачках сарафан.

— Нита, Нита, а что потом случилось?

Медведица опускает голову, смотрит на девочку и заканчивает свой рассказ.

— Люди не чтили Младшую Саду, потому и защита богини им не досталась. Преследователи не отставали, когда мы вошли на горную тропу, но в первую же ночь земля содрогнулась. С вершин посыпались камни, большие и маленькие.

Они не тронули наш ночлег, но людей мы больше не видели. Эльдр провел нас через хребет до самой Сибрии, и там мы спокойно продолжили свое путешествие.

— Получается, ваши преследователи умерли? — с беспокойством в голосе спрашивает Лина. Нита кивает, а Мора вдруг разворачивается на коленях и, сложив ручки на груди, выносит свой вердикт.

— Они заслужили. Так им и надо!

— Малое дитя, — обращается к ней Нита. — Ни одно живое существо не заслуживает мучительной смерти. Даже люди.

Звучит неприятно.

Вроде бы и правильная мысль, но получается, что люди самые жестокие и опасные из живущих здесь рас. Хотя… Люди действительно те еще звери, когда идут на поводу у слепой ненависти. Может, Нита и права в своих словах, но неприятный осадочек все равно тяжелит ребра. Каин не хочет быть частью людского злобного стада. Никто такого не хочет.

— Спасибо за рассказ, — благодарит он и встает.

— Спасибо, — вторит ему Лина и тоже поднимается с нагретой шкурки.