В Греции всё есть

— Блуд — это зло. Грех. Я тебе лучше жену помогу найти. Законную.

В наступившей мёртвой тишине богиня разжала пальцы, яблоко покатилось по столу и упало на каменный пол с оглушительным стуком.

* * *

Дрались все со всеми. У каждой из божественных участниц состязания нашлось примерно равное число приверженцев, которые теперь всеми силами пытались доказать справедливость своего выбора. Над свадебным столом во все стороны разлетались мясные, сырные и фруктовые снаряды, били фонтаны вина, а недавние участники пиршества, превратившись в противников, с азартом колошматили друг друга табуретками и бычьими костями.

Ползущая в пыли Эрида нащупала полураздавленное яблоко с надписью, сунула его за пазуху, вовремя увернулась от чьей-то волосатой ноги в сандалии и спряталась под стол.

— Ну сами ведь просили сделать свадьбу повеселее, — сердито пробурчала она, наблюдая, как Пелей и Фетида со злыми лицами высматривают её по всей пещере. — Никогда больше ни к кому не пойду тамадой. Конкурсы им мои не нравятся...

Схватив огромный поднос, Эрида спряталась под него и гусиным шагом двинулась к выходу.

У Марка впервые возникло чувство, что источники в Библиотеке Всех Времён не всегда могут содержать в себе истину (хотя бы на пятьдесят процентов, гарантированных руководством). Кроме того, почерк и стиль этих отрывков настолько разнился, что можно было с уверенностью сказать, что они принадлежат разным авторам, выбравших для своих хроник один и тот же пергамент. Пообещав себе вернуться к этой загадке позже, он сделал себе пометку для памяти и взял следующую рукопись.

Добрые застольные беседы

Эпиграф:

Каллиста (греч. καλλίστη) — прекраснейшая (греческо-русский словарь)

Всё правильно говоришь, милочка, всё правильно, одна стыдоба, а не свадьба. Перед богами бы посовестились. Мне говорили, невеста — та ещё штучка. Наклонись, я тебе на ухо всё обскажу. Только без имён обойдёмся: ещё услышат, как их попусту поминают — прихлопнут как муху! Знающие люди говорят, что у молодой под хитоном весь низ чешуйчатый, как у рыбы, и что она верхом на другой рыбе за этими срамнюками аргонавтами половину пути гналась — ну, понятно зачем.

А потом не постыдилась Знамо-Кому глазки строить, пока Знамо-Кто на неё глаз не положил: у него, благословенного, с этим быстро, сама знаешь... Знаешь ведь? Ну вот, и я тоже... Положил он, значит, глаз, подкатился, хвост распушает, уже и хитон снял, а она как испужается, как побежит! Тут я её, конечно, понимаю: сама помнишь, какой там...