Царевич Горохов - Наследник Поневоле

Но разве им объяснишь, рассеянно думал Андрюша Горохов, обычный пятиклассник из обычной школы, что спасти целую страну, если у тебя при этом грозит выйти тройка за четверть по истории – задача, которая по силам только Настоящему Супермену?

А какой же может быть супермен без своего исконного и заветного оружия – ручной ракетной установки?

Часть вторая. Глава 16

Часть вторая. Исполнение желаний

Глава шестнадцатая. В Стольном Граде, при дворе

Стольный Град встретил их шумом, многолюдьем, суетой и толчеей снующих повсюду подвод, возов и телег.

В городе был базарный день — друзья попали в державную столицу как раз на воскресную ярмарку.

У самой заставы к ним пристала согнутая в три погибели горбатая и шепелявая нищенка. Она неотступно следовала за ними, настырно требуя милостыньку.

— А ты кто такая? — в упор спросил ее прямолинейный Сидор.

— Я бабушка-задворенка, пробавляюсь милостынькой, что добрые люди подадут, — поведала старушка честным, но противным писклявым голоском.

Ее, между прочим, совсем не удивляло, что козел говорит человечьим голосом, у другого путника подозрительно большой и острый нос, а хлопчик одет прямо-таки чудно. Чтобы не привлекать внимания к застежке «молния», Андрюше пришлось носить куртку расстегнутой, а в городе, несмотря на солнечное утро, свободно гулял Иванов приятель — студеный северный ветер Борей.

От сирой бабушки ощутимо несло, но вовсе не благочестием и смирением нищеты, а перегаром горького пойла, которое в местных кабаках прозывали «зеленозмиевкой двенадцатиголовой».

Название этого крепкого хмельного напитка объяснялось тем, что употребившей такого пойла сверх меры тут же начинал всерьез считать, что у него двенадцать голов вместо одной. И немедленно принимался отыскивать всяческие способы потерять их всех скопом.

Сердобольный Иван-Ветер порылся в карманах, достал грошик и подал старушке. Та приняла с поклоном, но тут же строго оглядела остальных. Не пропустила даже Сидора, хотя у того по известным причинам карманов не было совсем.

— А у вас что же, для баушки ничего нет? — требовательно спросила она.

— Сейчас грошик отберу, — предупредил ее Иван, разом нахмурившись.

Бабушка-задворенка засмеялась, как молодая, показала ему язык и в мгновение ока пропала. Конечно, она просто юркнула и затерялась в ярмарочной толчее. Но сотоварищи переглянулись со значением.

— Ловко! — пробормотал Иван, восхищенный сноровкой нищенки.