Орден мраморной Горгоны

Кащей молча осмотрел ворота. На прочной поверхности виднелись сотни следов от топоров, дубинок с шипами и таранов. Снежная Королева основательно подошла к решению вопроса и отсутствие Кащея перепробовала на дверях все, что только можно. Даже расплавить пыталась, судя по характерным следам копоти. Только не учла того, что у ворот отличная система охлаждения, и до того, как они раскалятся и расплавятся, успеет сгореть все остальное.

Кащей снял с пояса неприметную пластинку, и ворота легко, словно пушинки, скользнули в стороны, открывая вход.

– Вперед! – приказал Кащей, и ковер-самолет влетел в замок. Ворота плавно и бесшумно закрылись.

Слепленная из снега птичка шевельнулась, расправила крылья и улетела к Снежной Королеве докладывать об увиденном способе открывания ворот.

Огромный трехмачтовый корабль появился у Пинайского острова ровно в полдень. Величаво приблизился к пологим берегам и едва не встал на мель: единственный и крайне важный пассажир настаивал на максимально возможном приближении к берегу, но использовать для этой цели лодку не захотел.

И сейчас осматривал берег с помощью подзорной трубы, словно искал что-то.

– Кошелек он там потерял, что ли? – проворчал матрос, стоявший на безопасном отдалении от пассажира и капитана. – Еще минута, и нам пришлось бы перекопать берег, чтобы освободить корабль.

– Совесть он потерял, – ответил матрос, стоявший рядом. – Видишь, как пристально вглядывается. Она же у него чистая, сверкающая – ни разу не пользованная.

Такую из-за горизонта заметишь, не проскочишь мимо.

– И все-таки, – пробормотал первый матрос. – Что они ищут на этом острове?

Стоявший рядом с пассажиром капитан тоже смотрел в трубу. Он единственный с самого начала знал, куда отправится пассажир, и Бумкасту стоило больших денег уговорить капитана отправиться в плавание. Несмотря на заверения управдворцом о том, что с экипажем корабля ничего не случится, ни один из вызванных им капитанов не торопился проверять это на личной шкуре.

И только капитан корабля «Удалец», получивший оплату в двадцать раз больше обычного, решил рискнуть головой и отправиться в здешние края. Матросам тоже пообещали заплатить не в пример щедрее обычного, но до последнего момента не говорили о месте путешествия.

В пассажире, человеке лет пятидесяти, одетом в роскошный костюм, с тросточкой на полусогнутой левой руке, угадывался аристократ.