Орден мраморной Горгоны

Фармавир точно знал, что три сумки до сих пор пылятся в кладовке, а вот еще шестнадцать кем-то активно используются.

Недолго думая, Фармавир пронзил ткань и посмотрел через небольшую дырку внутрь ячейки. Немыслимое количество емкостей, находящихся в деревянных ящиках с надписью «Резерв». Фармавир кивнул: емкости принадлежали знакомому его отца, занимавшемуся перевозом растворов по разным странам для лабораторий. Судя по плотно набитой ячейке, дела у знакомого шли достаточно успешно.

– Отлично, – сказал он. – Посмотрим, как используют сумки остальные.

Слегка проткнув ткань третьей ячейки, Фармавир почувствовал удушающий запах вони.

– Что за гадость они туда напихали? – воскликнул он, зажимая пальцами нос и пытаясь рассмотреть внутренности ячейки. Она оказалась наполовину набита разным мусором, обглоданными косточками, отходами. – Вот гадина! Так использовать мое изобретение!!! Узнаю, кто так глумится – самого в эту сумку запихну и сожгу ее ко всем чертям!

Прочие сумки оказались забиты всякой всячиной и явно заменяли владельцам шкаф.

– Интересно, – подумал он вслух, – что вы предпримете, когда увидите обгрызенный окорок? Поставите ловушку против грызунов или станете спорить, кто из вас по ночам тайком проникает в сумку и поедает продовольственные запасы?

И только три сумки, как и ожидалось, оказались пустыми. Фармавир заметно повеселел и с нескрываемым удовольствием порвал ткань. Забрался в ячейку и изнутри расправил сумку.

– Минуту, – пробормотал он. – А это еще что такое?

Он вдруг понял, что не давало ему покоя, какой мелкий червячок грыз в ответ за игнорирование чего-то непонятного. Сердцем Фармавир желал во что бы то ни стало выбраться отсюда в нормальный мир, но разум упорно твердил, что здесь еще не все осмотрено. Что-то едва заметное виделось в темноте межсумочного подпространства, и любопытство требовало умереть, но выяснить, что именно там виднелось.

Фармавир подумал, затем обреченно вздохнул и выбрался из ячейки. Здесь, на границе между ячейками его сумок и остальным пространством, находящиеся вдали темные объекты выглядели едва заметно, и только еле видимая разница в оттенке краски между стенками чужих ячеек и межсумочным пространством позволяла понять, что вдалеке что-то есть.

Фальшиво насвистывая приятную песенку, Фармавир медленно зашагал в сторону чужих ячеек.