Блондинка-попаданка

— А как может помочь в разоблачении мошенников железный прилавок?

— Как? Разве вы не знаете, что железо — антагонист магии? И при соприкосновении магических предметов с железом они теряют свою магическую силу.

— Вот как! — Ишь, какие он слова знает. Но нельзя же себя показывать полностью некомпетентной — я тоже не лыком шита. — Нет, почему: что-то я подобное слышала… Но почему тогда все остальные торговцы не делают себе таких прилавков?

— Что вы! Представьте, как бы смотрелся такой прилавок, например, в лавке с тканями… И потом: железо достаточно дорого стоит.

— Да, вы правы… Значит, если кто-то положит на ваш прилавок фальшивую монету…

— То она сразу… ну, почти сразу… станет тем, чем она была до намагичивания.

— Понятно… То есть у вас проблем с фальшивыми монетами не бывает?

— Ну-у… почти не бывает, скажем так. Обычно я стараюсь продержать золото на прилавке как можно дольше, тогда фальшивое наверняка обернётся обратно.

— Понятно, спасибо, — и я распрощалась с хозяином и вышла из лавки.

Та-ак. Как говорил Штирлиц, информация к размышлению. Выходит, если я влияю на фальшивые монеты точно так же, как и железный прилавок, значит, что? У меня железный характер, что ли? Да вроде бы нет. Ну тогда эта, как её, стальная воля? Тоже будто бы нет. Тогда что же во мне такое железное содержится, что я так лихо со здешней магией расправляюсь? Что-то же, наверное, есть… А что? Железное упрямство? Ну, может быть.

Следующие лавки тоже оказались не очень интересными: ни купить в них ничего не удалось, ни золотых монет превратить в черепушки. Так, зашла, поздоровалась, перекинулась парой фраз о погоде — и ушла. А может, и были у них золотые монеты, да не стану же я, влетев в лавку, кричать: «Золото есть?».

Зашла я и к своей белошвейке — я вчера ей несколько эскизиков моделек нарисовала, надо же обсудить, насколько они могут стать ходовыми. Сержантики мои, разумеется, со мной не пошли. Они вообще как-то насчёт одежды не очень: в оружейные лавки с удовольствием заходят, с железяками разными – тоже нормально, а как доходит до одёжных да прочих хозяйственных, на них сразу зевота нападает и в туалет их тянет.