Блондинка-попаданка

Попутно я выспрашивал: не видал ли кто-нибудь из присутствующих огненного демона? Но, услышав, о чём идёт речь, большинство мужланов суетливо сотворяли знак оберега и торопливо произносили: «Нет-нет, ничего такого не видели!». И лишь один признался, что слышал в лесу крик баньши. Ну, баньши меня не интересуют, поэтому я переключил все свои расспросы на ведьму.

Тут тоже мне мало кто смог сказать что-то более или менее вразумительное: да, притащили ведьму на площадь, да, обложили хворостом, да, хотели поджечь… А она приказала всем идти вон — и они… пошли.

— А как же вы вернулись? — поинтересовался я. Мне вот этот мужичонка (кстати, кувшин вина он мне поставил, и вино оказалось, в общем, неплохое) встретился так далеко от деревни, а эти, похоже, вообще её не покидали?

И тут я услышал удивительные вещи! Оказалось, всех оставшихся не пустили… жены. Но, что ещё более удивительно, что на женщин, получается, магия ведьмы… не то, чтобы совсем не подействовала, но подействовала весьма кратковременно.

То есть, едва выйдя за околицу, практически каждая женщина подумала: «Вот ещё! Буду я всякой лахудре подчиняться!». Ну, если не дословно так, то, по крайней мере, мысль прозвучала весьма близкой по смыслу. И это понятно мне, как учёному: сходство образа жизни зачастую вызывает и сходство мыслей.

Нет, конечно, нашлись и отличия. Кое-кто из женщин вспомнил, что у неё корова не доена, кто-то — что дети не накормлены, но в основном почти у всех возникла стойкая неприязнь к возможной сопернице.

Одна так вообще подумала: «Ага! Я пойду вон, а эта выдра тут с моим мужем развлекаться начнёт!».

Ну а потом их внимание переключилось на идущих рядом мужей. И тут основная реакция у всех оказалась схожей: «Ты куда это собрался? А ну, быстро домой!». Если кто-то пытался возразить: мол, меня же послали вон, то нарывался на встречное возражение: «Я тебя часто вон посылаю, а ты каждый раз домой возвращаешься!», после чего у мужей срабатывал привычный стереотип — и они поворачивали домой.

Так что ушли «в никуда», а вернее, вон, не так уж и много мужиков: основная масса оказалась перехвачена бдительными жёнами.

Не обошлось, разумеется и без эксцессов в виде мордобоя — ну, этим наши деревни вообще славятся, и поэтому заострять внимание на этом не нужно.

Относительно же ведьмы я выяснил следующее: она никуда не ушла. Она уехала. Уехала с двумя какими-то мужчинами, в которых крестьяне признали странствующего рыцаря и его оруженосца.