Блондинка-попаданка

с золотом в гномий банк занёс, так сразу потом куда-то и смылся.

— А где ваш парень? — спрашиваю рыцаря вполголоса.

— Я дал ему задание подыскать подходящий продажный дом…

Ой, как-то мне это слово не понравилось! Но, может, ничего? Суть-то ясна и понятна, что к чему. Главное, чтобы люди понимали друг друга, а как и что назвать — неважно. Другое дело, что находятся разные извращенцы, которые начинают выворачивать смысл слов. Когда для прикола это делается, то ещё ладно. Хуже, когда кто-то начинает это всерьёз воспринимать.

— Это правильно, — говорю я. — Может, сразу под своей крышей и переночуем?

— Я тоже на это надеюсь. Вы ведь не оставите своей милостью бедного странствующего рыцаря…

— Разумеется, не оставлю!

Во как у меня хорошо получилось! Да и он вроде бы как… или без вроде? Мы, правда, знаем друг друга всего ничего, и поговорить как следует не успели… Но с чего-то он вдруг прибедняться стал?

— А чтобы рыцарь не чувствовал себя слишком уж бедным… — продолжаю, беря со стола один из мешочков… Ого! Еле подняла, ничего себе! — Вот, прошу принять, в знак моей бесконечной благодарности…

— Нет-нет! — он вскочил.

Так и захотелось прикрикнуть на него: «Молчать! Бери и не хорохорься!», но я сдержалась: не пристало леди… ну, и так далее. Вместо этого я произнесла — именно произнесла, как истинная леди, но слегка его передразнивая:

— Да-да. Мы ведь уже вели разговор на эту тему. Поэтому оставим бесполезную дискуссию…

Гном только голову переводил с меня на рыцаря и обратно, ничего не понимая.

Но тут рыцарь его обрадовал: взял себе пригоршню монет, высыпал в карман, подумал, добавил ещё несколько, а остальное придвинул гному, со вздохом:

— Положите это на мой счёт.

Тут же притащили опять пластинку, но уже не зелёную, а оранжевую. Рыцарь положил на неё свою руку… и довольный гном уволок остаток золота в мешке куда-то в темноту коридора.

Мы вышли из банка на свежий воздух. Вот вроде бы в банке ничем особенно не воняло — деньги же, как говорится, не пахнут, хотя свежеотпечатанные, по мне, так очень даже приятно пахнут… Но тут же бумажных денег нет и в помине.

А золото, оно никогда не пахло, сколько я ни нюхала свои колечко и серёжки, даже новенькие.

Или оно пахнуть начинает, только когда его много в одном месте скапливается? Ну, не знаю, но как-то мрачновато в гномьем… или гномином?.. банке мне показалось. На улице гораздо лучше, хотя запахи тоже не очень. Но зато другие, посвежее.

— А вашему… оруженосцу? — напомнила я.