Блондинка-попаданка

Стенки тоннеля струились нам навстречу как в планшетной игрушке про шахту, только тут не встречалось поломанных рельс и провалов, через которые нужно прыгать — я бы такого точно не выдержала и вернулась бы на Драконову гору… хотя бы для того, чтобы проверить, действительно ли гномы убрали с неё ту железяку…

Но это во мне говорил страх, а веселье происходило от скорости движения, от плавности хода — согласитесь, когда не нужно бояться, что тебя выбросит с сиденья, скорость доставляет большое удовольствие.

И я ещё раз убедилась, как прав был Гоголь, сказавший «Какой же русский не любит быстрой езды!». И хотя во мне неизвестно сколько кровей намешано — даже бабушка сбилась со счёта, — но сейчас больше всего радовалась именно русская капля, а от неё заражались весельем и все остальные капельки.

Мне казалось, что я летела не на телеге-платформе, а меня словно несла стремительная река, и в меня будто потоками вливалась её сила и мощь, и я переполнялась ею, набирала в каждую клеточку своего тела, я будто разбухала — ой, только бы не поправиться и не лопнуть! — а потом как бы глотала, делала глубокий вдох — и начинала набирать заново.

Гном сидел невозмутимо и неподвижно, будто бы он сам вёл платформу. Он сидел, будто… Будда — видела я в Тайланде похожего, только без бороды и без колпака.

Кое-где в стенах тоннеля виднелись боковые отнорки, а пару раз мы проскочили что-то похожее на станции метрополитена, только хуже освещённые и неблагоустроенные, по которым взад-вперёд сновали гномы — то ли доделывая, то ли достраивая, то ли оформляя интерьер.

А в основном мы мчались по прямой — или же повороты оказались настолько плавными, что их и не чувствовалось. Так что зря я вспоминала песню Миронова… нет, не зря: хорошего человека всегда приятно вспомнить. Зря боялась, вот это вернее.

Ехали мы долго, даже очень, и если бы не попадающиеся по пути станции да отнорки, за которыми я следила, хоть и не считала, сколько их всего, езда показалась бы мне очень скучной.

Но, боюсь, всё равно не уснула бы — хотя бы потому, что боялась.

Но вот наконец впереди показалось световое кольцо и наш поезд… то есть наша платформа-телега, с мною-прожектором впереди, постепенно замедляя ход, как и положено настоящему поезду, плавно въехала на настоящую станцию. Но не такую, как у московского метро, а скорее как у берлинского, более скромную, по-гномовски. Ну, или на московскую, но в районе новостроек.

маг-алхимик.