Блондинка-попаданка

«Та, которая парит в лучах утренней зари над горным озером в тонкой дымке» — вот как, оказывается, правильно именовать драконессу — очень удивилась, увидев меня вместе с Пышем за обеденным столом. Удивилась не моему появлению, а тому, что Пыш явился на обед вовремя: раньше за ним подобного не водилось. И потому драконесса решила, что я в целом положительно влияю на её лоботряса. Или оболтуса — я не уверена, что правильно поняла переданный ею образ.

Но это произошло чуть позже, а, едва завидев её, я засыпала её видениями-вопросами на тему что творится сейчас в столице, что делает в данную минуту её друг-учёный, и находится ли рядом с ним моя копия — принцесса.

На все вопросы я получила полностью исчерпывающие ответы, прямо по пунктам: 1 — в общем в столице сейчас тихо и спокойно, как всегда («в Багдаде всё спокойно», — вспомнила я, но, в свете недавних событий в моём мире, подумала что сглазили), 2 — учёный находится на том же месте, где и был, то есть у себя дома, только сейчас он очень и очень занят и потому долго говорить не может; и 3 — самое важное для меня: принцессы рядом с ним сейчас нет…

У меня всё опять упало… нет, вознамерилось упасть: я удержалась мыслью, что принцесса, оставшись одна, без меня, вновь ломанулась нарезать круги по столице, строя из себя Гарун-ар-Рашида.

После таких известий аппетит у меня, конечно, пропал. Но ненадолго: французы ведь недаром говорят, что он приходит во время еды.

После обеда мы ещё немножечко погуляли с Пышем, я рассказала ему обо всём, что со мной случилось, он раздухарился, сказал, что когда вырастет, будет всегда и всюду ходить со мной и сжигать всех моих врагов. Ну, точно парнишка втюрился. Я не стала переспрашивать, когда настанет время его полного «выроста», но догадываюсь, судя по разным источникам, что это где-то в районе ста лет… Ну что ж, кремация от любящего дракона — это тоже оригинально.

На ужин я не пошла: аппетит мой, отыгравшись на мне в обед, сейчас мирно почивал, и мне захотелось последовать его примеру. И так волнений накопилось столько, что их требовалось срочно заспать. Утро ведь вечера мудренее — как гласит ещё одна поговорка.

Но оказалось, что утро вечера не просто мудренее, а ещё и мудрёнее.