Блондинка-попаданка

Но, как говаривал Винни-Пух, это ж-ж-ж — неспроста! Что-то такое с этой принцессой связано, если её все почти поголовно на этом свете домагиваются, как говорила уже Елена Степаненко. Причём и самым натуральным магическим способом.

А герцог «на грудь», похоже, принял вполне достаточно, и его повело. Я не то, чтобы меньше пила — он, гад, специально за мной следил и наливал едва ли не больше, чем себе. Но у меня всё-таки две груди, а если учитывать ещё и общечеловеческую, которая у всех человеков, то есть людей, имеется, то и три.

Пришлось с ним даже на брудершафт пить. Ну, и чёрт с ним! Выпили. И тут он снова что-то начал заливать о своих достоинствах, а заодно и том, как будет счастлива та, которая станет его женой. И, будучи уже почти совершенно пьяненьким, он спросил:

— А вот ты, например, могла бы стать моей женой?

Ну, я держу себя в руках, нить речи не теряю — помните о трёх грудях? — и спрашиваю его, как бы совсем не связанное с предыдущим:

— Ты, случайно, орнитологией не увлекаешься?

— Я-а? Не-эт.

— А придётся. Есть такая очень грустная птица, обломинго называется.

— Почему грустная?

— Да потому, что не весёлая…

Ну, птицы-то ладно, а вот рыбам в море вообще хреново: у них вся жизнь — сплошной косяк. Жалко мне их. Они хоть на блюде лежат и скалятся, но не хохочут ведь?

Я чуть не заплакала от жалости к рыбам, но тут он ко мне прямо чуть ли не откровенно полез. Я его мягко отпихнула. Он едва не упал — я его подхватила.

— Да знаешь ли ты, кто я такой? — заявил он. — Я — посланник!

— Сейчас ты станешь дважды посланник. И оба раза — в одно и то же место.

А он продолжает свои грязные поползновения. Поползень он, что ли? Вот тебе и орнитология в натуре.

Тогда я ему так прямо и заявляю:

— Слушай, герцог! Если ты не прекратишь вести себя по-свински, я… я превращу тебя в свинью!

Он ещё попытался хорохориться:

— Я — герцог! Это звучит… гордо!

— Я превращу тебя в гордую свинью!

Это его, похоже, пробрало.

— Хорошо! — говорит он. — Пойдём! Я покажу тебе свои вла… владения.

Ладно, думаю, прогулка на свежем воздухе — это самое то, что необходимо после сытного обеда, чтобы жир не откладывался.

Вышли мы с ним из дворца — он у него аккурат посреди замка располагался. А сам замок раскинулся — как море широко из песни. Тут у него и дворец есть, и постройки вся — ик! — кие.