Блондинка-попаданка

И его будто прорвало:

— Да-а, все животные парные, а я один! Мне… особь женского пола нужна! — выпалил он.

Ох, ты! Вот и ещё одна проблема образовалась. Думай, Даночка, думай, да побыстрее. А что же тут придумать-то можно? Где я ему самку, то есть особу женского полу, достану? Разве… разве сотворить из кого? Из кого же?

Оглянулась я на амазонок своих… Нет, не упали они в обморок, только подальше отошли. Это командир патруля, то бишь начальник охраны, и его заместитель грохнулись, едва краумпумпеля увидели. А амазонки их откачивают, то есть уже откачали и снова за арбалеты схватились.

О! Придумала! На арбалет посмотрела — и придумала.

— Слушай, — обращаюсь я к бывшему вампиру а ныне к краумпумпелю, — а знаешь ли ты… впрочем, откуда же тебе об этом знать? Словом, я перед тобой извиняюсь — за то, что сразу не сказала. Но ты и сам виноват, потому что не спросил меня, а удрал сразу! В общем, краумпумпели могут путешествовать между мирами… — боже мой, что я несу! Но это вполне может быть правдой.

— Если сильно захотеть, разумеется. И значит, ты вполне можешь отправиться туда, в тот мир, где и живут краумпумпели и где много-много ихних… ваших самок…

Я даже покраснела немножко, когда выговаривала это слово. Хотя с чего бы? Ну да ладно, всё равно в полумраке леса не видно.

А краумпумпель подпрыгнул прямо, зарычал, и чуть не завопил, но придушенно как-то, видно, ему желание горло перехватило — я даже руки вперёд вытянула, чтобы его успокоить.

— Хочу, хочу, очень хочу!

И — бац! — исчез.

Только вспышка какая-то огненная сверкнула — и нет его.

Ну, тут я поворачиваюсь к моим амазонкам… и гляжу, что начальник патруля опять отрубился. Да что же он у них такой нежный? А как же он драться с разбойниками собирался?

— Берите его и тащите назад! — командую. И рукой такой жест делаю, от себя. Мол, брысь!

Закинули мои амазонки арбалеты за спины, подхватили командира патруля, то есть начальника охраны, под белы рученьки и повлекли над травой аки ангелы небесные спасённого грешника.

А глаза у них круглые-круглые, и большие, и на меня всё время оглядываются. Круглые — это от темноты, наверное, чтобы лучше видеть.

Вышли мы из леса — начальник патруля, то есть командир охраны, сразу в себя пришёл, как на солнышко вынесли, и амазонок моих за бока ухватил, будто, значит, это он им идти помогает — а там уже весь караван почти что на ушах стоит: шум, споры, пересуды. Но нас увидали — смолкли. А потом что-то вроде «ура» стали кричать.