Марк и Дракон

Не то чтобы Марк был против, наоборот, ему был крайне нужен, даже необходим оруженосец. Причем грамотный. Предполагалось, что помимо своих основных обязанностей, оруженосец должен будет аккуратно и тщательно записывать каждый будущий подвиг благородного сэра Марка. Благородный сэр Марк здраво рассудил, что и до дракона вполне может подвернуться подвиг. Так он его совершит, а оруженосец опишет. Тогда Марк привезет домой не только клык или коготь поверженного чудовища, но и целую летопись своих героических деяний.

План был чудо как хорош. Вот только желающих стать оруженосцем «малахольного Марка» не нашлось. Ни грамотных, ни неграмотных. Тем более бесплатно. Марк считал, что настоящий оруженосец должен служить рыцарю из чувства долга и восхищения, а не за презренные деньги. Это, разумеется, свело шансы обзавестись оруженосцем к нулю. Марк не расстроился и решил, что найдет оруженосца в пути. Забегая вперед, нужно сказать, что и в пути желающих не нашлось. Марку пришлось стать классическим одиноким странствующим рыцарем.

Он решил, что это тоже неплохо. Главное, не получать очень часто в сражениях и подвигах по голове тяжелыми предметами, тогда он все хорошо запомнит, а потом продиктует писцам. В общем можно и без оруженосца обойтись.

Не так хорошо обстояли дела с рыцарским конем. То есть с лошадью Агнессой. Ее сложный характер, опыт работы и предпенсионный возраст позволяли ей решать, с какой скоростью будет двигаться Марк. Ни о рыси, а уж тем более о галопе, не могло быть и речи.

Только спокойный шаг. Не взирая ни на что. Марк немного робел перед Агнессой, поэтому ехали они медленно. Очень медленно.

Размеренный шаг Агнессы практически сразу вгонял Марка в его обычную мечтательность, что позволяло лошади самой решать, куда они едут. А знала она только одну дорогу. Сразу из города последовательно до каждого из четырех постоялых дворов в округе баронства. И обратно в город. Это было неудивительно, ведь сотни раз за свою жизнь Агнесса проделывала этот путь, доставляя заказанную посуду.

Как только они выехали за ворота города, Марк замечтался, а лошадь пошла к первому постоялому двору. К вечеру они добрались. Переночевали. Марка все в округе знали, поэтому, когда он объявил, что отправляется на подвиги, то денег за постой с него не взяли. Во-первых, его отъезд сам по себе был хорошей новостью, а во-вторых, по мнению хозяина постоялого двора он мог в дальнейшем рассчитывать на скидки при новых заказах.