Верховные

Однако внимательный цепкий взгляд не давал обмануться.

- Откуда меня знаешь?

- Не помнишь? Я – Рената. Ты спас меня из-под обвала, когда мне было семнадцать, привез в свой замок, накормил, уложил спать, а потом отдал через несколько дней приехавшим дальним родственникам. Своей-то семьи у меня не стало. Все умерли при обвале.

- Ты не ответила на мой вопрос, - непреклонно отозвался Алистрат, не торопясь рассеивать плетение.

- Когда ты спал, я сняла твою маску, чтобы получше рассмотреть тебя. Мне очень хотелось убедиться в том, что Верховный не приведение и не миф.

Извини, я тогда была слишком любопытной. А имя я заметила в бумагах. Ты очень интересно расписываешься. Такой росписи я еще ни у кого не видела.

- Так вот какая была твоя благодарность за спасение, - зло прошептал черный маг. – Знаешь, что за это я должен уже сейчас тебя убить.

- Знаю, - тихо проговорила девушка. – Но я ведь никому не сказала! И не скажу никогда. Около двухсот лет прошло. Ты можешь мне верить. Освободи.

- Только при условии, что ты ляжешь в мою клинику и будешь стоять на учете у светлых эльфов.

Возможно, тебя и удастся вылечить. Во всяком случае, будет любопытно посмотреть на результаты.

- Хорошо, - мгновенно согласилась магиня. Она была не в том положении, чтобы отказываться.

Алистрат открыл кованную дверь, в состав которой входил тот же сплав, что и в антимагические браслеты. Сначала снялось простенькое заклинание, потом в ход пошел обычный ключ. Девушка с нетерпением выбралась из камеры и со злостью пнула ненавистную решетку, а потом развернулась к своему спасителю и обняла, уткнувшись лицом в шею мужчины.

- Спасибо. Спасибо, огромное! Я даже не знаю, что они бы сделали со мной.

Алистрат в первые мгновения несколько растерялся от такого проявления чувств, но потом все же приобнял девушку и успокаивающе погладил по спинке.

- Почему ты молчишь? Скажи что-нибудь, о чем думаешь.

- Все хорошо. Теперь точно все будет хорошо, - тихо проговорил черный маг и почувствовал, как женщина улыбается.

Напряжение, злость и желание убивать медленно отступило, возвращая темному более человеческий образ.

Теперь он ощущал тепло и заботу. Это виделось в каждой черточке черной, как сама бездна, ауре девушки. Кто бы мог подумать, что темный маг найдет понимание и сочувствие не где-нибудь у себя дома, а в сыром подземелье. На губах сама собой заиграла улыбка. Теперь она не была похожа на злобный оскал монстра. Глаза цвета изумруда встретились с ярко-синими очами, и девушка решилась.