Верховные

- Я ведь не сдержусь и собственноручно откручу тебе голову, если после всего того, что мы вместе сделали, ты один перебьешь фанатиков, не поделившись весельем с соратниками! Жмот!

Темный эльф тяжело вздохнул. Алистрат скрыл улыбку в уголках губ. Серхат оставался до неприличия серьезным. Он был не исправим.

- Хорошо, идемте.

Трое Верховных отправились в сторону холмов, благо те были не так далеко.

- Поделишься мыслями на счет фанатиков? Куда конкретно идем?

Алистрат наслаждался прогулкой. Он любил природу во всех ее проявлениях больше, чем шумную городскую суету.

- Там есть одна заброшенная шахта. Как-то наши пытались найти там угольные пласты и даже ходили слухи, что находили, но потом добычу свернули. Видимо, это был обычный миф. Наши горы – сплошные пустышки.

- Сам проверял? – включился в разговор Серхат.

- Вы же знаете, я только недавно стал Верховным. Это нужно было спрашивать у покойного. Мне с ним пообщаться не удалось. Он не оставил приемника. За власть мне пришлось драться. Когда прекратили добычу в горах, я был совсем еще ребенком. Не этим тогда интересовался.

- Значит, шахта заброшена уже как несколько столетий?

- Да. И это единственное место, где фанатики могли бы обустроиться. Во всяком случае, о других пробных рейсах я не слышал.

- Ну, это, как понимаю, общедоступная информация – шахту закрыли из-за отсутствия достаточного количества полезных ископаемых.

- Например?

Алистрат пожал плечами. Не хотелось ему расстраивать молодого Верховного своими предположениями. Насколько он знал, правителя всегда сравнивают чуть ли не с Богом и полностью и во всем ему доверяют. А молодые, порой, бывают такие вспыльчивые и категоричные. Однако Серхату были глубоко безразличны чувства других, потому он закончил мысль за друга.

- Твой бывший Верховный по быстренькому оборудовал шахту, используя добычу, как ширму, затем набрал магов со всего мира и объединил их общей идеей. Себя же сделал Создателем в их глазах, показав, как просто превращать одно живое существо в другое. Мол, смотрите, даже вы, неучи, сможете! Затем глупо умер, пытаясь пробраться к драконьему сокровищу. А его ученики еще больше увековечили своего учителя, сделав его и мучеником во имя науки.