Метро 2666

— Отдай мне его! Отдай!

— Возьми! Возьми! — смеялась похотливо Юля.

Лицо палача покрылось коростами, а от кончиков пальцев остались чистенькие косточки. Взвизгнув, он не выдержал, развернулся и побежал. В дверном проёме он споткнулся, упал на четвереньки, и как зверёк, пополз наружу, со страхом оглядываясь назад.

Юля хохотала. Ей нравилось. Это было даже приятнее, чем секс. Ей хотелось повторить это на следующий день, но она понимала, что подобные события — разовый эксклюзив.

Она схватила Юлая за руку и потащила наружу.

— Куда идём? — спросил Энтони.

— К кузнецу. Снимем с тебя эту хуйню.

— Нет! — Он отдёрнул руку. — Сначала в спальню к Моргенштерну.

— Зачем?

— Он там хранит мандалину и мой боевой серп.

Юля улыбнулась. Теперь есть, зачем жить. Теперь будет весело.

Глава 4: Full Moon Madness

Плотники работали три дня. Обычно эшафот строился за сутки, но весь этот скандал с бегством одного из преступников сильно разозлил руководство, и поступило распоряжение построить нечто необычное. Решили организовать красивый спектакль с декорациями, актёрами и мизансценами, чтобы людям с одной стороны было весело, а с другой — не повадно.

Рекламная кампания прошла удачно: сначала по улицам города ходила процессия трубадуров, распевающих старинные баллады, затем, в самом людном месте их встретила команда рэперов, читающих новые песни Моргенштерна, и спровоцировали баттл с представителями старой эпохи. Это привлекло массу народа, но в конце под выкрики “консервы”, рэперы избили трубадуров и объявили всем, кто собрался, что после казни, на эшафоте выступит сам мэтр, раздали пригласительные билеты и ушли.

Это вызвало недюжий интерес к и так уже ставшему резонансным “делу блогеров”. В общем, на площади люди начали собираться ещё ночью. Некоторые брали с собой спальные мешки, маленькие палатки и газовые горелки. Крыши домов были заполнены зеваками, а квартиры с видом на площадь сдавались за баснословные деньги.

Звенел колокол, сообщая о скором начале шоу, развевались знамёна с гербами, шелестя на ветру.

Херр Моргенштерн с помощниками раскладывал инструменты. Его торс был обнажён, лицо покрыто ожогами, а руки спрятаны в чёрные перчатки.

У самого края помоста стоял Александр Полярный, и устремив одухотворённое лицо к небу, молился. Рядом прогуливалась Инстасамка, то и дело вглядываясь в толпу своим внимательным анусом.

Раздался третий звонок.