Ганс Фриц Михельманс: Закрытый Мир

- Здесь мы с вами расстанемся, милорд, - сказал кучер, обращаясь к Гансу. – Завтра в то же время, что и сегодня, будем ждать вас вон у того фонарного столба.

Крестьянин кивнул и не успел и глазом моргнуть, как оказался ногами на твердой земле, посреди рынка.

- И что теперь? – рядом с ним встала Виолетта, как всегда, сложив перед собою руки.

- Что говорит Ганс-великий-мозг? – шутливо сказала Шейла.

- Не льстите мне, сударыня, - сказал крестьянин, шутливо грозя указательным пальцем. – А что тут поделать? Нам нужно найти место для ночлега.

Шейла лукаво посмотрела на Виолетту.

Бывшая королева Кларита зло усмехнулся:

- Сегодня он спал на полу под дверью. А до этого – в прихожих

- Прошу прощения, но смею заметить, что иногда я спал на раскладных диванах, - заявил Ганс.

- Эй, может, уже пойдем, а? – в разговор встрял Аре. На его лице все также прибывала белая маска, закрывающая все, кроме глаз.

- Соглашусь, - кивнул крестьянин, и команда отправилась вдоль торговых лавок, ближе к центру площади, где находился бродячий оркестр, а еще дальше – возвышалась ратуша, рядом с которой должны были находится и гостиницы. Здесь же к звукам всего общего веселья вдруг добавились звуки городской часовни – пронзительные и методичные. Они не сильно нарушили общую мелодию людского настроения, однако Ганс почему-то немного сконфузился.

Оказывается, вместе со звуками колокола недовольные злобные крики. Оглядевшись, крестьянин увидел, как сквозь толпу пробирается небольшой отряд людей в белом.

- Смотри, куда прешь, сука! – заявил один из них, что шел впереди, толкая какую-то женщину. – Все немедленно по своим домам, и чтобы через час ни одного рыла на улицах не было! - продолжал он громогласно, крича в такт колоколов часовни.

Церковник (а это был представитель именно этой индийской касты местного пошива) круто развернулся, осматривая площадь. Он был среднего возраста, лыс, и также носил на поясе нечто навроде боевой булавы.

«Что здесь происходит? – подумал Ганс, глядя на все словно немного со стороны, после чего вдруг заметил, что стоявший рядом с ним Аре еле заметно дрожит.