Ганс Фриц Михельманс: Закрытый Мир

Их караван преодолел таможню даже слишком быстро, поле чего кучер объявил им:

- Что ж, добро пожаловать в Бобмра, друзья! Город, славящийся своими любезными людьми, красивыми пейзажами, а также лучшими кондитерскими, булочными и шоколадными заводами во всем насущном Империуме!

Они выкатились через широкую каменную арку и попали на одну из центральных улиц, где их встретили крики, возгласы, различные запахи, цокот копыт, лай собак, мяуканье котов, бранная ругань торгашей, бранная ругань пьяниц, не такая бранная ругань обыкновенных людей, писк детей, клекот черных ворон (как будто бывают белые), всякие флажки, зеленые клумбочки, зеленые деревца, зеленые цветочки, немного дорожных плит, мха поросшего в узких трещинах между ними, вдалике - прелестный фонтанчик.

Одним словом, Бобмра ничем особо не отличался от других городов, где прежде побывал Ганс. Разве что только тем, что где-то среди этого всего хаоса им предстоит найти иголку.

Друзья ехали вперед, пока не остановились. Удивительное свойство четырехколесных телег – ехать, а потом магическим образом останавливаться.

- Эм-м, быть может, вы бы не отказались от небольшой экскурсии по городу, господа? – предположил кучер, когда дело дошло до выгрузки тридцати с лишним деревянных гробов.

- Что? Нет, пожалуй, мы откажемся, - сказал Ганс, осматривая красоты местности.

- Так, куда же нам девать эти?.. - начал было извозчик.

- Пускай пока что побудут у вас. Скорее всего, мы заберем их у вас вечером, когда найдем место для ночлега.

Поняв, что каши с этим треклятым крестьянином ему никак не сварить, извозчик покорно смирился со своей новой должностью водителя катафалка и поехал дальше, не проронив ни слова.

Друзья остались на едине с собой и толпой народа. Весьма своеобразной толпой, ведь люди в Бобмра, как и сам город, кстати, отличались от себе подобных своей… о-окружно… загрукленно… кругообразием, в общем.

- Этот кучер, кажется, что-то говорил о кондитерских? – презрительно заметила Виолетта, подходя к Гансу. – Оно видно. Чернь.

- Что-то ты сегодня более агрессивней обычного, - заметил крестьянин, хотя, признаться, в чем-то был солидарен с девушкой. Ганс был худ и мелок. Не удивительно, что он комплексовал.