Эльфийский для любителей

— Тари, — неожиданно хмыкнул собеседник, понимая, кто скрывается за личиной.

Мысленно скривившись, я заочно смирилась с появлением нового прозвища. Еще один повод возлюбить эльфов, но у меня и так их было достаточно. Поводов, разумеется.

Усмехаясь, Варль отправился дальше, а я оказалась одна-одинешенька посреди аудитории. «Эльфы» переговаривались между собой, и влезать между ними я бы не стала, но для старухи Нэн не было разницы между высокородными остроухими и пронырливыми босяками с рынка.

— Ходют тут, вынюхивают, — начала разговор я, припоминая цитату из анкеты персонажа.

«Эльфы» одновременно обернулись и воззрились на меня с крайним недоумением, после чего хмыкнули, как и полагалось, а после попытались пройти мимо. Увы, у старухи Нэн был и реквизит. Взмахнув рукой, я попыталась преградить остроухому путь. Угадала, «эльф» недовольно воззрился на воздух рядом с моей рукой, будто перед ним возникла преграда.

— Кто из вас, — я быстро заглянула в анкету, сверяясь со списком «любимых слов» персонажа, — иродов проклятых, похитил калошу?

«Эльфы» замерли. Один из них, тот, у которого на лбу подозрительно знакомая подошва отпечаталась, сначала позеленел от злости, а после сравнялся цветом лица с помидоркой.

Кажется, похитителя калош я нашла, но вряд ли он ее сохранил. Разве что отдал на сохранение морю. А если так и окажется, мне и с ним разговаривать придется?

— Ах, это вы на старости лет решили избавить мир от Альварана Тармана Саарского?.

— А вы зуб не теряли? — ответила вопросом на вопрос, усмотрев в улыбке собеседника изъян.

— Нет, не терял, — ответствовал «эльф», но сдал растеряху. — Капитан Свар жаловался, что неудачно встретился с деревом. Возможно, это его собственность.

— Ага… — Оглядевшись по сторонам, я обнаружила безутешного капитана в обществе Варля.

— Извинитесь перед моим спутником, — потребовал разговорчивый «эльф».

И я бы извинилась. Все же старуха Нэн сама была виновата в пропаже, еще и эльфа ни за что покалечила, но персонаж никогда бы своей ошибки не признал: не тот характер.

— Еще чего? — брюзжа заявила я и гордо развернулась, чуть не огрев невидимым мне реквизитом неразговорчивого.