Раз поход, два поход

Лучшего места, чтобы перегрузить товары с широких карбасов на подводы и обратно, не сыскать. Извозом город и живёт, с него же платит долю черниговскому воеводе за защиту.

Проблема у Дятлова одна, — он не желает расти. Как поставили когда-то каменные стены, так внутри них город и живёт. Совсем без посадов, конечно, не обошлось, — нужно же где-то огородникам свежую зелень выращивать. Да и вдоль реки по обе стороны от пристани стоят домишки рыбаков, а на дальнем краю даже небольшая кожевня имеется. Но в случае беды весь окрестный люд прячется за стенами и особой тесноты не испытывает.

Беда, кстати, случается регулярно. Через каждые двадцать-тридцать зим прибегает из степей какая-нибудь очередная орда, вот тогда и отрабатывает уплаченную дань черниговское войско. Отсидеться за крепкими стенами десяток-другой дней до подхода помощи дятловцам привычно. Горожане в большинстве своём люди мастеровые, к дракам привычные, копья и самострелы в каждом доме водятся.

Последний раз орду разгоняли зим так восемь назад, так что сейчас времена были мирные, и по улицам города безбоязненно ходили гости из разных земель.

Некоторые из таких мест попадались, что без толмача и не разберёшь, что им надо. Южан тоже хватало, и со степей, и с дальних гор за ними, и вообще непонятных — мелких, желтолицых, кучками семенящих в своих халатах по улицам. Большинство из них на базаре за прилавками стояли и часто-часто кланялись покупателям, но были и такие, кто трудился в посадах или с рыбаками сети тягал.

Братва в Дятлове тоже числом не отличалась, не Чернигов поди. Много ли широкоплечих парней надо, чтобы за мелкими торговцами и трактирами приглядывать за мзду небольшую. С рабочими артелями братки тоже в основном миром расходились, так как требовали умеренно, договорённости исполняли, любой беспредел пресекали сами, до конфликтов с мастеровыми дело не доводили. С возчиками только не связывались, — у тех жизнь нервная, привычная к опасностям, при любой угрозе эти угрюмые мужики сразу за оружие хватались и плечом к плечу становились.

Дружина черниговского посадника к братве тоже претензий не имела. Черниговцев и было-то всего — на воротах стоять, да ночью по главным улицам иногда прогуляться. Сам посадник во внутренние дела города не лез, ему главное чтобы дань в Чернигов отправлялась вовремя и без утайки, а остальное пусть местные сами решают. Вот и решал всё совет из старост городских артелей. Городского голову они тоже среди себя выбирали.