Оказалось, это не мой выбор

Рано или поздно все они пройдут свой недолгий путь. Одни сделают это быстрее другие позже, так почему же у них нет индивидуальности? Что это за человек, который признаёт индивидуальность одного, но отрицает как таковую у другого? При слове армия, в голову приходят мысли о жестокой борьбе, противостоянии стран, интересов, идеалов. Полководец, вот он, тот, кто смотрит на человека, и видит в нем лист на ветру. Упадет? И хорошо, только дай упасть ещё нескольким лепесткам прежде себя.

Если бы все в мире смотря на лепестки видели их индивидуальность, стали бы они меньше проливать чужую кровь?

«Какие метафоричные образы посещают голову, когда она здесь, со мною рядом».

Тишина, которая не разбавлялась от слова ничем, по консистенции начала напоминать кислоту.

— А ведь последнее время, холодновато становится, — моя одежда, это те тряпки, в которые меня здесь пленили. Сомневаюсь, что слова «не мой, нахрен, размер» как-то изменят ситуацию. До сего момента мне довольно тщательно пояснили, «не высвечивайся, а то уроют».

— Это мой лес, делать с ним что хочу я в праве.

— Ох, понятненько, — и о чем дальше говорить? О погоде? Черепашках ниндзя? Сомневаюсь, что ей понравиться слушать однотипные истории о попаданцах. Тогда остаётся одно? Да, именно оно.

— Ну, я пойду.

Привстав из-за стола, на меня обрушилась невьебенная тонна. А нет, это был взгляд Мавки из-за которого мои действия можно было классифицировать как клоун обыкновенный.

— А знае…те, я лучше, останусь, проведу время с такой девушкой как вы.

— Помнишь наше обещание? — опершись локтем о стол, она прострелила меня своими глазами. Её голова держалась на руках, что очень напоминало мне пятиминутную сцену назад. Возможно это бред сумасшедшего, которого пригвоздили одним взглядом назад, но позы Мавки до боли кажутся мне знакомыми. Может ли быть, что её подданные так преданны Мавке, что даже начали перенимать её привычки?

— Конечно, как я могу забыть!

— Хм, и вправду, ты на него не похож, так что думаю, никак, — прыснув, прикрытой ладонью, усмешкой в мое лицо, на душе стало как-то легче.

Молодая, красивая и умная. Чистая и непорочная, словно ангел, который решил спуститься на грешную землю. Как же ей так удается? Зацепить одним словом, пригвоздить одним взглядом. Господи, да помани она пальчиком, и я был бы самым счастливым человеком в мире.

«Какие детские мысли, я же…»

Четко было услышано: "Я не он".