Серебро святого Майвина

Серебро святого Майвина

Александр Лепехин

Серебро святого Майвина

Мало кто знает, но святой Майвин далеко не сразу стал святым.

С другой стороны, оно и понятно. Всякий человек поначалу рождается, ползает по дому, переворачивает миску с кашей и таскает кошку за хвост. Вряд ли это верные признаки святости.

Потом человек начинает уклоняться от уроков, полезных для развития ума, и занятий, нужных для укрепления тела. Вечера он проводит с друзьями, ночи — с вином, а по утрам возвращается в отчий дом, улыбаясь и благоухая женскими притираниями.

Тоже на равноапостольный образ жизни не слишком-то тянет.

Но чуть позже в дело вмешивается длань судьбы. Человека похищают прямо с любовного ложа, увозят за море, обращают в рабство и отправляют пасти овец — без женщин, вина и друзей. Человек решает, что вид на овечьи задницы есть заслуженное наказание за действительное или мнимое распутство, неуважение к старшим и общую неумеренность. Человек встаёт на колени, обрекает себя на добровольный пост и принимается молиться.

Круглые сутки. Ну а правда, что ж ещё делать-то?

Впрочем, в случае со святым Майвином молитва помогла: он услышал голоса, призывавшие бежать из плена, и узрел над собой огромную руку, указующую направление. Скептики, конечно, скажут, что то могли быть галлюцинации от недосыпа вкупе с недоеданием. Но мы-то с вами знаем: вот так взять и покинуть скучное овечье общество — идея, исполненная глубины и прозрения. Без вмешательства высших сил подобные мысли сами в человеческой голове не зарождаются.

Скрывшись от бдительных овец, Майвин последовал за перстом небес, сел на первый приставший к берегу корабль и благополучно доплыл до подходящего монастыря. Сей факт опять же можно отнести к разряду несомненных чудес. Во времена молодости нашего героя главным критерием наличия на судне порядочных и честных мореходов — или пиратов и работорговцев — служила степень опохмелённости капитана, а также глубина корабельной казны.

Но Майвину очевидно покровительствовал добрый дух.

Правда, некоторые летописцы утверждают, что дух был не святой, а винный. По свидетельствам очевидцев, на сходнях, брошенных к пирсу монастыря, беглеца из овечьего плена изрядно пошатывало. В эдаком состоянии потусторонние голоса, нашёптывающие дельные советы, слышны особо отчётливо.

Воодушевлённый напутствием свыше, Майвин отправился прямо к дому настоятеля. Настоятель же скромно праздновал в компании близких друзей.