Как раздать долги

Обычно то, ради чего ее вызывали, лежало на поверхности и пробуждало лишь раздражение, что люди сами не видели очевидного выхода из ситуации.

Потому, натянув милую улыбку, Габриэль звонко спросила:

– Так что у вас случилось?

Рыцарь помялся.

– Если вам так будем удобнее, начните издалека, – предложила девушка, вспомнив, что у подданных есть небольшая проблема: не умеют они изъясняться строго по теме, без лирических отступлений и долгого: «Ну-у… это… значит. Вот!».

– Вампиры тут завелись, – тут же обрадовано оповестил княгиню рыцарь.

– Вампиры – коренные жители той стороны, и их поселение, которое, по моим расчетам, находится в нескольких лигах от вашей стройки, появилось намного раньше, – заученно протянула Габриэль и тоскливо вздохнула: претензии к соседям – слишком просто. – Что-то еще?

Мужчина замолчал, хмуря кустистые брови и гримасами пытаясь показать степень недовольства, что Светлая княгиня заступилась за каких-то темных кровопийц.

– А у нас люди пропадают, – сказал он небрежным тоном, будто нарочно для контраста.

И снисходительно посмотрел на хрупкую княгиню сверху вниз, как на несмышленого ребенка (а вовсе не божество), который был не в состоянии связать воедино пропажу людей и соседство вампиров. И с трех попыток указать виновную сторону, быстро разрешив проблему.

– Давно? – теперь уже нахмурилась девушка, смешно сведя четко-очерченные бровки у переносицы и прищурившись. На самом деле Габриэль хотелось казаться строже.

И этот прищур она пыталась скопировать у Анабель, которой такой взгляд добавлял серьезности и возраста.

– Недели две назад началось, – в разговор вступил другой рыцарь, видимо, не такой ярый противник вампиров. Он был моложе и как-то светлее своего командира. И чуть-чуть напоминал Элли, наверное, по-детски синими глазами и чистым юношеским лицом, обрамленным каштановыми кудрями. Теплое воспоминание об ангеле заставило княгиню невольно улыбнуться. Но почти мгновенно девушка спохватилась и вновь сконцентрировалась на проблеме.

Исчезновение людей было намного серьезнее всего того, с чем раньше приходилось ей разбираться.

– Сколько пропало и кто?

Сосредоточившись, она попыталась ощутить мир, как ей когда-то давным-давно показал брат в хорошем расположении духа. Но из того, что она смогла разобрать, выходило, что строящаяся деревенька – самое спокойное место на свете. Ни следов ссор, боли, горя или тоски.