Как раздать долги

Ририэль перегнулся через перила и, подцепив магией водяную лилию, потянул на себя. Оторвавшись от стебля, цветок взмыл вверх, обрызгав эльфа холодными каплями.

– Думаю, – ответил он Алиру, – никто из моего народа тоже не сможет подобрать правильные слова. Но я бы не назвал эту красоту излишней, она просто другая.

Ририэль с умиротворенной улыбкой протянул лилию Анабель. Та подозрительно нахмурилась, но подарок приняла и попросила Таню помочь ей украсить цветком волосы.

– Ох, мальчики, – и Хель не осталась в стороне от разговора, хотя до сих пор и пыталась держаться отчужденно, будто не разделяя общего восторга, – скажу честно, даже творцы не справились бы с такой задачей, как описание Рая.

Элли как раз подошел к ним, мрачно уставившись на ангелов, из-за которых друзья остановили его, потребовав объяснений.

– Едва оперившиеся малолетки из будущих хранителей, – пренебрежительно фыркнул он. – Сомневаюсь, что до вашего явления они видели кого-то кроме собратьев. Мы находимся в той части, где живут только ангелы. Души праведников и все прочее в другом месте. Там и правила иные, и шуму больше, и, кстати, не так красиво. Пойдемте, а то, глядя на вас, эти двое передумают становиться хранителями и вообще будут бояться высовывать нос с небес.

Хель расхохоталась, но согласилась, что нервы не восстанавливаются, а они уже и так перепугали бедняг до дрожи в коленях.

– Извините! – прокричала Таня и так же, как недавно сделал Ририэль, добыла себе цветок, только украсила не прическу, а свернула длинный стебель вокруг запястья, сделав симпатичный браслетик.

После чего, помахав еще раз на прощание, девушка поспешила вперед, догоняя ангела.

Зато вылетевший следом за ней на мост архангел Михаил таки заставил начинающего пейзажиста от испуга спровадить блокнот в воду.

– Пробегали? – уточнил он, приземлившись на мост, чтобы отдышаться и дать крыльям отдохнуть.

Ангелы поспешно закивали.

– Спасибо, – поблагодарил архангел и уже собрался лететь дальше, посоветовав молодежи не загрязнять воду всякими бумажками с каракулями, как замер и вновь повернулся в сторону замерших собратьев.