Как раздать долги

И к тому же понимала, что подкрасться незамеченными к Гэбриэлу смогли бы единицы, которые точно не потратили драгоценное время на смену имиджа Отступника. Поэтому она добавила в сделку одно немаловажное условие, на котором мы с вами и сыграем.

Ририэль так смешно навострил свои длинные уши, что Таня, залюбовавшись эльфом, даже пропустила начало фразы. Впрочем, все было понятно и без этого.

– …три попытки. Естественно, она переврала причину. Мол, если просто так отдать Отступнику виновника, он будет «развлекаться» с ним до скончания времен.

– И какая нам от этого польза? – фыркнула Анабель.

– Вам – никакой, – голос Хель похолодел, а взгляд стал тверже. И смотрела она исключительно на Азраэля. – Продержишься?

Элли пожал плечами:

– Не знаю, – честно ответил он, слез с качелей и тоже подошел к Хель, присев на корточки. Затем начал размышлять вслух: – Первый удар будет пробным, чтобы только боль причинить.

Никто из друзей никогда не видел ангела настолько сосредоточенным, но Элли вдруг словно смахнул с лица невидимую паутинку и улыбнулся, как ни в чем не бывало:

– Стоит попробовать! Должно быть интересно.

– Это самоубийство! – закричала Таня, не стесняясь редких прохожих и выразив общее мнение.

– Не обязательно. К тому же, при правильном подходе, за секунду до третьего удара может случиться сюрприз! Во всяком случае, я очень надеюсь. И если твои руки будут свободны? Единственное условие, которое точно нельзя нарушить: виновник должен стоять на одном месте. Это не выйдет трактовать двояко.

– А что тогда с руками?

– Он должен быть связанным. Насколько крепко? – уже другой вопрос. Через секунду после того, как Гэбриэл подтвердит, что Алив в точности соблюла свою часть сделки, Элли может легко стряхнуть с себя оковы.

Ангел кивнул.

– Да, так мои шансы удвоятся. К тому же, насколько я понимаю, именно пленник не должен передвигаться, а если, скажем, магия Отступника отшвырнет его в сторону, это не будет признанно нарушением договора?

– Именно. – Хель нежно провела ладонью по растрепанным волосам ангела.

Азраэль поднялся и, наконец, посмотрел в сторону друзей.