Как раздать долги

Габриэль, воспринявшая все случившееся немногим лучше, потрепала ангела по волосам и, сев рядом, обняла своего спасителя за плечи. Азраэль на это никак не отреагировал – царапины на щеке он тоже не стал заживлять.

– Не злись, – попросила Светлая княгиня, – просто это было сложновато.

Алир несколько нервно рассмеялся, вспомнив оное «сложновато»: дамы рвались обратно на крышу, пинаясь, ругаясь, требуя немедля все исправить и вернуть им Габриэля живым и невредимым. Хорошо, сил Тани хватило на то, чтобы окружить свою квартиру непроницаемым коконом и активировать защиту Пресветлой Алив.

Так что дальше балкона никто никуда не прорвался. Зато какой-то счастливый прохожий лишь чудом избежал знакомства своей макушки и цветочного горшка. Вообще-то его планировалось разбить о голову Алира, но того из-под удара успел спасти эльф, за что теперь и расплачивался, скрючившись в ужасной позе.

– Габриэль пошел на это вполне осознанно, – все так же из-под стола заметил Ририэль, не спеша покидать надежное убежище: эльф прекрасно понимал, что стоит только высунуть хоть краешек уха – его немедля вытащат под свет люстры целиком и начнут мучить.

– Только нас, как обычно, не предупредил, – Светлый император потер фингал под левым глазом и охнул от боли – огромный, темно-фиолетовый кровоподтек медленно, но неукоснительно расползался на всю половину лица. – Хотя нет, почему-то ты обо всем знал. И Элли!

– Чуть что – сразу Элли, – набычился ангел.

– Наверняка милорд предвидел, какую вы коллективную истерию закатите, вот и решил напоследок нервы поберечь. Тогда бы мы и князя лишились, и этих двоих не спасли…

Азраэль, конечно, не злился, делать этого он просто не умел, учиться не собирался и в очередной раз недоумевал, зачем устраивать такое представление. В сознании робко стучалась мысль, что обычно, когда теряют кого-то близкого, примерно так себя и ведут… но мы же знаем, что Элли был очень оригинальным созданием, поэтому единственная боль, которую испытывал ангел, была физической и концентрировалась вокруг повреждений, нанесенных Анабель и Габриэль.

– Хоть бы поблагодарили, что ли, – жалобно протянул он, раздумывая над тем, как бы на все это отреагировала Хель, которая, переместив Анабель, поспешила обратно на крышу. Вряд ли творец бы спокойно приняла вместо «спасибо» выдранный клок волос из ее, и без того неровно обстриженной, шевелюры.