Приключения Бобового Зёрнышка

Но над ним смеются, а он знай себе отжимается и приседает. На мои глаза навернулись слезы. Я всхлипнул. Роланд завис на половине отжимания, посмотрел на меня, подтянул стопы и ловко вскочил на ноги.

- Муха в глаз попала? – спросил он, подойдя ко мне.

- Над вами смеются, - сквозь всхлипы произнес я.

- И пусть, - пожал плечами Роланд. – Люди должны радоваться. Пусть радуются. Смех это хорошо.

- Но они смеются над вами.

- У каждого человека есть что-то, над чем могут посмеяться другие. Пусть они смеются надо мной.

Я предпочитаю смех, а не слезы.

Он хлопнул меня по плечу и отошел к стоящему неподалеку ведру с водой. Я же остался в глубокой задумчивости, так и не поняв, что именно имел в виду рыцарь. Много позже я это понял, но в тот момент я и обдумать это не успел, пролетающая мимо моего носа синяя бабочка так махала крылышками и была такой красивой, что я начисто забыл и о словах рыцаря и о нем самом. Бабочка села на шип одной из булав и сложила крылышки. Созерцанием этого великолепного создания и я был занят следующие пару часов, не вспомнив ни про еду, ни про воду.

Ленивые жители города, на ходу заглатывая пирожки, запивая их пивом из деревянных кружек, смеясь, делая ставки, шлепая женщин по задам и лихо пританцовывая, медленно подходили к ристалищу. Они никуда не спешили, прекрасно зная о том, что действо раньше вечера не начнется. Ведь что нужно уставшему от тяжелого трудового дня жителю провинциального городка, что каждый год принимает рыцарей со всей округи? Пиво, пирог с мясом и пухлый женский зад под рукой.

Тогда и желудок будет рад и рука, а что касаемо глаз то и они сегодня увидят что-то, что порадует их.

Вокруг ристалища зажглись факела, осветив на миг погрузившееся в сумрак поле боя. Люди занимали места, толкаясь локтями за лучший, по их мнению, обзор, возникали тихие перепалки, что тут же умолкали. Места хватит всем.

Мы с Роландом находились в специально огороженном загоне, на подобие тех, где держат приготовленную на убой скотину. За нашими спинами шептались зрители.

Их шепот сильно нервировал меня, но глядя на абсолютно спокойного рыцаря, я тоже старался сохранять спокойствие. Шепот смолк, едва стоило глашатаю ударить в висящий на широкой распорке гонг и громогласно прокричать:

- Его превосходительство градоначальник Стелиус Стерлис с женой и дочерью.

В абсолютной тишине, на специально выставленные три стула, поднялись люди. Толстый, лоснящийся, едва переставляющий ноги градоначальник сел посредине.