Приключения Бобового Зёрнышка

Бели этого могла и не заметить, но пальцы мужика сомкнулись на ее груди, придавив сосок и вот этого целомудренность монашки простить, не смогла. Я успел лишь заметить, как трижды мелькнул в лунном свете и огне пожарищ ее нож. Мужик захрипел, осел, но грудь ее не выпустил. Монашка ударила снова, начисто отрубив ему кисть, а затем с отвращением смахнула ее в пыль. То, что обладатель отрубленной конечности воет, катаясь по земле, ее почти не волновало. Скорее ее беспокоили звуки, и чтобы он умолк, она легонько пнула его в челюсть.

Движение ноги монашки было ленивым, но то как, сверкая словно алмазы, разлетелись зубы громилы, я запомнил навсегда. А также навсегда решил для себя ни под каким соусом с монашками не связываться. Мало ли что.

- Твоя богиня мертва, - проскрипела женщина на черном коне, наконец, поняв кто перед ней. – Я убила ее! – она широко улыбнулась, обнажив острые желтые зубы. – И впитала всю ее силу. Теперь она во мне. Присоединяйся ко мне и мой господин одарит тебя могуществом, о котором ты и мечтать не могла.

Бели лишь криво усмехнулась. Ее рука, наконец, закончила движение, зацепила что-то за спиной, потянула. Лицо монашки исказила гримаса боли, но рука не остановилась. На лбу монашки выступили и сверкали капельки пота, из глаз ее текли слезы, но она тянула и тянула что-то из-за спины. Наконец тяжело вздохнув, она остановилась и отвела руку от спины, зажимая в ней что-то крохотное-крохотное.

- Мне, - простонала монашка. – Мне не нужна богиня!

Ее пальцы разжались. На ладони лежал маленькая сверкающая баночка.

Такая крохотная, что столичная модница в нее и одну сережку не положит. Колечко еще может быть, и то если с мизинца и без камня.

Взгляд женщины на черном коне прикипел в сверкающей, светящейся желтым баночке. Она сжалась, задрожала, заставила коня сделать пару шагов назад, укрываясь за спинами серокожих воинов.

- Убить! – заверещала она. – Убить ее!

Серые сорвались с места, но, кажется этого только и ждала Бели.

Думаете, стоит вам рассказывать, что произошло дальше? Хотите ли вы слушать, как хрупкая на вид девушка, уступающая как минимум две головы каждому, из несущихся к ней воинов, разделается с ними? Интересно ли вам будет узнать, как она резала их и колола, как отрубала руки, как выкалывала глаза, откусывала носы и уши.

Не думаю, что вам приятно будет знать, каким именно образом она проломила пару черепов. Поверьте мне, я знаю, хотя и не все помню. Все-таки память моя очень избирательна и многое забывается.