Всё хорошо, что хорошо кончается

Но мы не сдаёмся так легко.

— Урод!

— Упадёт!

— В мёд!

— И помрёт!

Особенно стараюсь я, догадываясь, что чем усерднее мы будем сбивать Гилберта, тем меньше вероятность, что он придумает что-то путное.

— Лучше уж помолчите, — говорит он наконец. — А может, «льда» — «вода»?.. гм...

— Пусть никогда не будет льда и будет лишь водой вода, — советую я.

— Отлично, — радуется было мой друг, но сразу же замечает подвох. — Сильвер, как не стыдно! Не подумал ли ты, что путь к горам, возможно, окончится тупиком, и даже мне в конце концов придётся возвращаться назад по реке? Нам обязательно нужно найти способ её заморозить! Сейчас, сейчас, я почти.

..

— Пусть вода горит огнём, чтобы мы прошли по нём, — внезапно говорит Андраник.

Я так смеюсь, что даже немножечко падаю на пол.

— Как же это было некстати, — говорит Гилберт, поднимая глаза к потолку и делая глубокий вдох. — У меня уже почти сложились нужные слова. Ага! «Брошу камень — коркой льда пусть покроется вода».

Я огорчённо вздыхаю. Всё же во мне жила надежда, что у Гилберта ничего не получится и мы пойдём в другую сторону.

Он между тем разглядывает землю, собирает камешки попрочнее и читает над ними заклинание. Затем бросает один из них вниз.Там, где камень ушёл под воду, появляется круг льда — он стремительно разрастается, сковывает всю видимую нам поверхность реки, но тут же с треском ломается. Освобождённая вода весело шумит, унося с собой ледяные обломки.

— Что ж такое, — сокрушается Гилберт. — Наверное, одного будет мало...

Вниз летят все оставшиеся камни разом, но и в этот раз лёд держится недолго.

Он темнеет и идёт трещинами, сквозь которые проступает вода, и нам становится ясно, что вниз спускаться не стоит.

— Нужно больше камней, — бормочет Гилберт, ползая на коленях по полу и сгребая ладонями обломки, отвалившиеся от стен.

— А может, дело в том, что это по сути своей не камни, а просто плотные комочки земли? — предполагает Тилли. — Попробуй переделать заклинание и изменить там «камень» на «землю».

— А я, чтобы не терять времени даром, вернусь назад, то есть вперёд, — говорит Андраник.

— И буду прокладывать путь.

— И я с тобой, — говорю ему я.

— Далеко ли уйдёте без талисмана? — хмыкает Гилберт.

— Ничего, там у меня топорик и лопата. Справимся, — гордо отвечает ему Андраник, разворачивается, наступает на собственный шарф и едва удерживается на ногах.

— И фонарь у нас один на всех, — добавляет Гилберт.

— Факел разожгу, — фыркает Андраник, задирает нос ещё выше и пытается идти вперёд.