Всё хорошо, что хорошо кончается

— А я ведь, Тилли, король теперь, — смущённо говорит он, дёргая себя за бороду. — Ты это... точно не хочешь остаться?

— Ты уж прости, — смеётся девчонка, — но моё сердце уже занято! Могу только пожелать, чтобы и ты в один прекрасный день стал так же счастлив!

— Ну что ж, это, спасибо на добром слове, — мрачно отвечает Невен.

Но вот мы прощаемся и с ним. Бредя по рыхлому снегу, мы долго машем, оборачиваясь, пока одинокий силуэт Невена не тает вдали.

По пути не случается ничего особенного. Мы останавливаемся на ночлег в старом доме, где жили прежде Невен со стариком, а на другой день добираемся до озера.

Лёд на озере растаял, но у берега поджидает нас с лодкой неразговорчивый Фьок. Жестом он приглашает нас садиться и перевозит парами, так как лодка невелика. В конце он переправляет наши пожитки.

— Вы вернулись! — радостно встречает нас Туула. — И вам удалось развеять вечный мрак! Никогда прежде мы не видели этого тёплого света с небес!

— Однажды здесь наступит и весна, — улыбаясь, обещает Гилберт.

— И вы увидите землю без снега, траву и цветы.

Старая женщина качает головой, не в силах понять, о чём он говорит. Ведь ей не доводилось видеть ни цветы, ни траву, ни ягоды. А как, интересно, эти старики поймут, что именно видят перед собой, не зная названий? Хотя, может быть, за сотни лет здесь напрочь вымерзли и цветы, и ягоды, и осталась одна голая земля.

Передохнув и насытившись, мы осматриваем горную гряду. Как ни странно, она никуда не делась, хотя появилась в результате проклятия.

Ведь прежде Вилхелм без труда ездил в западные земли.Нела с Гилбертом размышляют, как быть, и обдумывают разные планы, но прежде чем они на чём-то останавливаются, происходят следующие события.

Одним ранним утром мы просыпаемся, разбуженные тревожными голосами.

— Что-то происходит в храме! — говорит Фьок, а если уж он заговорил, то на происходящее непременно стоит поглядеть.

Мы поспешно натягиваем на себя тёплые вещи и выбираемся наружу, один за другим.

Затем спешим к храму.

— Какой-то шум, — сообщает Гилберт, хотя это и без того все слышат.

За дальней стеной что-то стучит и гремит, и звук этот делается всё громче, и вдруг целый кусок стены обрушивается, погребая под собой обугленное тело Рэналфа и превращая его в прах. В проломе показывается человек.

— Сильвер, возьми брата, — шипит Нела мне в ухо. — Он ещё не знает...

— Чего не знает? — не понимаю я, но послушно подхватываю Дамиана.