Темный Властелин против Волшебной Страны

Она нарушила бы ему изящность фигуры, да и к мечу по цвету не подходила.

Властелин расположился на табуретке и стал крутить ручки настройки пытаясь поймать канал связи.

Анженика описала круг и опустилась рядом на стол.

- Что ты собрался делать? - спросила она.

- Тихо.

Саарурок крутил ручку, прислушивался, и поглядывал, как демонята связывают воробьев, соорудив из фартука повязку на клювы.

Наконец Саарурок настроился.

- Эй, Анжелис, прием. Это твой великий Властелин. Скажи Мисту, чтобы двигался к стенам города чуть южнее главных ворот.

Я там проделал знатную дыру.

Рация затрещала и захрипела в ответ, но сквозь помехи донесся голос Анжелиса.

- Хорошо, повелитель.

Рация отключилась.

- И что теперь? - спросила Анженика.

- Будем ждать. У меня все рассчитано. Военная операция, это как искусство, настоящая симфония… Эй ты, придурок, отойди от окна, - прикрикнул Саарурок на второго тролля.

Властелин поднялся и, зашторив окно, посмотрел в просвет. Анженика тоже подлетела и стала заглядывать через плечо.

К пролому в стене примчались какие-то воробьи в богатых одеждах. Они возбужденно били крылышками и чирикали. Скоро прибежал отряд людей-наемников. Под эмоциональные указания воробьев они начали закладывать дыру ящиками с песком. Но величина бреши и скорость, с которой они это делали, не оставляли надежд, что им удастся создать здесь серьезное препятствие. Властелин только похохотал над ними.

- Анженика, - проговорил он. - Пошли своих разведчиков в небо над городом, пусть следят за обстановкой.

Фея послушалась. Они стали ждать, развлекаясь наблюдением за воробьями и солдатами у пролома. За их фигурами, через дыру в стене было хорошо видно, как войска Властелина приблизились к городу.

Саарурок включил рацию и через Анжелиса они могли следить за развитием событий. Все сработало так, как было запланировано. Войска воробьев, расположившиеся у стен в ожидании возможного противника, завидев оного, ничуть не сдвинулись с места. В их рядах царил полный разброд и играло настроение наняться к хозяину побогаче.

А когда они увидели, что во главе войск идут их товарищи в таких богатых начищенных доспехах и явно преуспевают на службе нового повелителя, то и вовсе последние колебания были отброшены. Центуриону можно было даже и не произносить тщательно заученную речь, в которой он призывал собратьев встать под новые знамена по своему примеру, к тому же глуповатый солдат все равно сбился на некоторых сложных речевых оборотах.