Постмортем

— Кто из нас некромант? Ты должен был предвидеть! Ты должен быть знать! — Жозефина крепко сжимала кулаки и слегка пританцовывала на месте от гнева, а затем из неё будто вытащили позвоночник: девушка неожиданно обмякла, плюхнулась рядом и спрятала лицо в ладонях.

На какое-то мгновение Тальф забеспокоился: показалось, что Жозефина положит голову ему на плечо, прильнёт или возьмёт за руку в поисках поддержки, но принцесса лишь тяжело дышала, не делая никаких попыток сблизиться.

— Это перестаёт быть весело, — сказала наследница трона спустя пару мгновений и стерла со щеки кусочки мха.

Тальф помедлил с ответом:

— А разве оно когда-то было?

— Было, — хихикнула принцесса. — Когда скелет ухватил тебя за мантию и тянул в склеп, а я бегала вокруг и тебя вытягивала.

Тальф вспомнил тот случай и поёжился:

— Да уж. Веселее некуда.

Гвардейцы тормошили своих неподвижных товарищей.

— С ними всё будет хорошо? — спросила Жозефина.

Юноша лишь скривился:

— Конечно нет. Невеста выпила из них все силы.

Принцесса выругалась:

— Первый министр нас прибьёт.

— Не нас, а меня, — усмехнулся Тальф. — Ты-то наследница… Ладно, что-нибудь придумаю. Не впервой. В конце концов, это не я послал их за нами шпионить.

Тальфу стоило определённых усилий умолчать о том, что парой недель ранее тот же самый первый министр прислал в дом магистра группу солдафонов. Они вызвали юношу во двор и обступили со всех сторон, после чего один из них (судя по облезлой позолоченной нашивке и самым большим в группе усам, капрал) навис над перепуганным Тальфом, ткнул ему в грудь пальцем толщиной с черенок от лопаты и, воняя луком, произнёс долгий монолог о пестиках и тычинках, которые никак не должны встретиться, иначе Тальфу все пестики с тычинками поотрывают именем короля.

Какое-то время некромант и принцесса наблюдали за тем, как гвардейцы оттаскивают мертвецов в сторону, кидая в сторону Тальфа ненавидящие взгляды.

— Пока ты со мной, тебе ничего не сделают, — заметила Жози, прочитав мысли молодого человека.

— Спасибо, — поблагодарил он принцессу.

Ненависти гвардейцев в свой адрес он решительно не понимал. Умерли и умерли, с кем не бывает? Этих-то громил оживляют за счёт казны, с душой и свободной волей, а такое далеко не каждому по карману.