Постмортем

— Бывший Ковен? — фальшиво удивился Кассиан. — Не знаю, что говорил граф, но Ковен существует — и продолжит существовать до тех пор, пока в нём будет хотя бы один человек.

— Утешайте себя этим, мой дорогой, — на бледном лице баронессы появился некий намёк на улыбку. — Что вы намерены делать?

Ректор равнодушно пожал плечами:

— Выполнять наш долг.

Леонтина подняла идеальную чёрную бровь:

— И когда начинаем?

— Скоро, как только разрешатся некоторые формальности.

— Формальности? — баронесса в открытую издевалась.

— А разве есть какие-то формальности, помимо получения призывающего эдикта?

— Кое-какие всё же есть, — Кассиан позволил себе снисходительный тон. — Например, получение денег у казначея.

— Неужели у него что-то осталось? — ещё одна усмешка. — Я думала, в казне Ковена монет ещё меньше, чем в храмовой чаше для пожертвований.

— Поверьте, их всё-таки больше.

Женщина махнула изящной ручкой с массивным золотым браслетом на запястье:

— Да бросьте валять дурака, Кассиан! Как будто я не принимала участия в прошлом призыве и не вижу, что сейчас у вас настоящая катастрофа.

Откуда взяться деньгам? Их не стало, ещё когда Хейлер перестал интересоваться делами. Хотя… — баронесса одарила Тальфа задумчивым взглядом. — О, бедное дитя. Готовите себе ручного магистра, а?

— А вы точно пришли помогать нам, а не сеять смуту? — лицо Кассиана осталось бесстрастным.

Баронесса неопределённо хмыкнула:

— Вы правы, это не моё дело. Так что? Когда я смогу применить свои таланты на практике?

— Совсем скоро, — заверил её ректор.

— Как только мы завершим приготовления и уладим некоторые вопросы.

— Значит, всё-таки что-то пошло не так? — не сдержала ехидства Леонтина. Она щёлкнула пальцами, подзывая одного из мужчин, который принялся, не меняя каменного выражения лица, массировать баронессе плечи.

Кассиан натянуто улыбнулся:

— Всё в порядке. Кое-чего не хватает, но недостающее нам уже везут.

— Кое-чего? — хохотнула баронесса, высоко запрокинув голову и сверкнув белоснежными зубами.

— Вы хотите сказать, что у вас в подвалах есть хоть что-то, кроме лаванды?..

— У нас в подвалах много чего есть, — уклончиво ответил ректор, взглянув на баронессу так, словно очень хотел добавить «даже дыба и железная дева».

— Что ж, хорошо, — женщина потянулась так, что в голову само собой пришло слово «грациозность». — Тогда, думаю, стоит подождать. Но не надейтесь, что я останусь на ночь в вашей ледяной берлоге.