Ведьмоспас

Спустя какое-то время Геремор предложил повторить заклинание, которое занесло их сюда, за что получил несколько затрещин и лишился Боекомплекта – его отобрал Олло.

- Тогда остается один выход, - сказал Геремор, потирая ушибленный бок, - поискать волшебный портал, который приведет нас обратно.

- Думаешь, найдем? – протянул рыжий эльф.

- Да их пруд пруди в любом мире, - с жаром воскликнул Геремор, и принялся выцарапывать из цепких пальцев Олло золотую коробочку. – У меня есть заклинание, чтобы их находить. Раз мы открыли вход, через который попали сюда, значит, где-то должен быть и выход.

Наконец Олло вернул Геремору его собственность, взяв клятвенное обещание, что тот не начнет колдовать до тех пор, пока они с Гиллигиллом не отойдут на безопасное расстояние.

Прочтя заклинание, Геремор выяснил местоположение единственного в этом мире магического портала. Три тысячи миль строго на юго-восток.

Еще одного заклинание дало всем троим способность изъясняться на местном диалекте. Во всяком случае, так утверждал Геремор.

Новость о портале стоило как следует обмозговать. Эльфы и орк уселись на краю каменной полосы, вперив взгляды в серенькую даль, и долго молчали. Внизу загадочно поблескивала в свете факелов странная конструкция, похожая на скелет гигантской змеи.

Время от времени Гиллигилл хватал пролетавшую над головой муху и отправлял в рот. Эльфы морщились и покрепче прижимали к носам надушенные платки.

- Ну, что делать будем? – спросил, наконец, орк.

- Мух перестанем жрать, - процедил брезгливый Геремор.

Гиллигилл демонстративно проглотил еще одну крылатую тварь и уточнил:

- Надо где-то лошадей раздобыть. Может там? – он кивнул на сверкающий огнями дворец.

- Пожалуй, - согласился Олло. – Заодно узнаем, сможем ли мы общаться с местными, как обещает Геремор.

Геремор фыркнул и поднялся на ноги.

- Не отставайте.

Олло и Гиллигилл потянулись следом.

Чем ближе они подходили, тем удивительней казался и сам дворец и его обитатели.

На площади перед входом и внутри, за большими окнами, копошилась толпа оборванцев.

Мужчины в грубых буро-зеленых куртках и штанах, в блестящих сапогах из неведомого сорта кожи, восседали на огромных серых мешках. Рядом стояли женщины в обтерханных брюках и залатанных тужурках. В руках - корзинки и коробки, из которых торчали побеги каких-то растений. Заспанные дети мертвой хваткой держали домашних животных, взиравших на происходящее с тоской и смирением обреченных.

- Смерды, - удивленно сказал Геремор.