Ведьмоспас

Но даже так он не мог в полной мере защититься: веки просвечивали оранжевым, как будто были сделаны из тонкой цветной бумаги.

Послышался голос длинного:

- Любочка, ведь я же предупреждал, что это опасно. И что прикажете теперь с вами делать?

- Гав! – сказала Велосипед.

- Великая жертва, - прошептал длинный. – Великая жертва!

Миша приоткрыл один глаз. Очень хотелось взглянуть, к какой такой Любочке обращается «белый халат». Потом открыл и второй. Но Любы так и не увидел.

Рядом была все та же компания. Длинный тип со старомодными круглыми очками на носу, с взлохмаченной козлиной бородкой.

Он напоминал пожилого миттельшнауцера из интеллигентной семьи. Слева и справа поигрывали мускулами два одинаковых глыбообразных субъекта в синих тренировочных костюмах. Судя по выражению лиц, у этих двоих даже под черепными коробками скрывались накачанные бицепсы, а едва заметные мыслительные процессы протекали где-то в спинном мозге, ближе к копчику.

Чуть дальше Миша увидел Велосипед. Она стояла, скрестив руки на груди, и смотрела на милиционера почти разумным взглядом.

Правда, впечатление портил вываленный розовый язык, болтавшийся как некое подобие корабельного вымпела.

И уж совсем на заднем плане обретались Геремор – в виде мыши и Йорик – в виде безумного черепа на кошачьих лапах. Как бы невзначай Йорик наступил на длинный Гереморов хвост и отрешенно смотрел куда-то вдаль, в то время, как эльф отчаянно вырывался, вытянувшись в струнку и выпучив глаза-бусины.

Мише оставалось только молиться, чтобы никто раньше срока не заметил этих двоих.

Повисла зловещая пауза. «Миттельшнауцер», холодно улыбаясь, в упор рассматривал милиционера. Наконец, он поправил очки и проговорил:

- Вот, Михаил Андреевич, вы к нам и пожаловали. Я полагаю, свое нынешнее обличие вы приобрели благодаря вашим…, скажем так, не совсем обычным друзьям. Я прав?

«Обана!» - подумал Миша – «Маска, я вас знаю. Приплыли!». Он молчал, лихорадочно соображая, что же теперь делать. Трюк с превращением, казавшийся идеальным, беспроигрышным, раскусили в первую же минуту.

Что ж, зато больше не нужно было лицедействовать.

Миша, не спеша, огляделся. Впереди, на холме врезалась в ночное небо типовая барская усадьба: выкрашенный белой краской дом с двускатной крышей и колоннадой a-la античный храм, и два флигеля. Справа - сетчатый загон, по которому метались полдюжины доберманов. Между главным зданием и забором по кругу располагалось несколько разнокалиберных металлических ангаров.