Небесный тихоход

— Ты что, в самом деле, думал, что Варяг управляется с Антохиной пипки? — прочитал мои мысли Аркадий Петрович.- Не спорю, дистанционное управление — штука удобная. Но с прибором вполне может что-то случиться. Поэтому основной пульт управления находится внизу.

— Но где? — удивлённо спросил я.- Я же видел все комнаты… то есть, каюты.

— Безопасность, — развёл руками поэт.

Мы прошли мимо дверей кают и вошли в душ. Конкретнее — в саму душевую кабину. Вот прямо так, в грязной обуви.

— Зачем мы сюда забрались? — пытаясь сильно не прижиматься к Аркадию Петровичу, спросил я.

Вместо ответа поэт схватился за лейку душа, встроенную в крышку кабины и повернул её по часовой стрелке. Не успев удивиться его странному поведению, я удивился ещё больше. Кабинка дёрнулась, желудок подскочил к горлу, и интерьер сменился.

Теперь мы находились в помещении чуть больше душевой комнаты. Перед большим, вогнутым в сторону оператора монитором стояло мягкое массивное кресло чёрной кожи.

— Хеймдаль, — произнёс Аркадий Петрович, усаживаясь перед монитором.- Вывести карту.

Экран тут же засветился. На нём появилась сплошь зелёная картинка, кое-где пересекаемая синими неровными линиями.

— Добро пожаловать к штурвалу, — донёсся бархатный мужской баритон.- Молодой человек имеет право здесь находиться?

— Ванька? Да, конечно, — поэт положил руку на стол перед монитором.

— Предоставить ему полномочия?

— Да.

— Полномочия предоставлены.

— А что такое эти полномочия? — поинтересовался я.

— Третий уровень подразумевает, что ты сможешь вести наблюдение и, в случае подтверждения от меня или Антохи, управлять кораблём.

Я подошёл поближе и встал рядом с креслом.

— Хеймдаль это страж моста между мирами? — припомнил я.

— Да, — кивнул поэт.- Биврёст. Радужный мост. А у нас дядюшка Хеймдаль отвечает за безопасность и контроль судна.

— Искусственный интеллект? — решил поумничать я.

— Осмелюсь заметить, пятого поколения, — уточнил Хеймдаль.

— В самом деле? — надеюсь, в моём голосе не прозвучало разочарование. Ангелина, помнится, говорила, что она — седьмого поколения.

— Хо-хо, пеленг на Новый Петербург, — скомандовал Аркадий Петрович.

— Это они с Антуаном так ласково меня называют, — чуть ли не промурлыкал мне в ухо баритон.

— Просто, Хеймдаль иногда сложно выговаривать, — объяснил поэт.