Три серебряные монеты (и прочие формальности)

– Ой не знаю! Хоть я и в строгости держу, но молодёжь такая дурная! Одна Мария только разума не теряет, наше сокровище! – Старуха обернулась к избе и позвала, – Мария! Выйди на минутку, барыню поприветствуй!

Из темного проема выглянула скромно одетая девушка, лет шестнадцати или семнадцати. Из-под наспех завязанного платка спускалась длинная черная коса, невинные глазки смотрели куда-то под ноги. Иммисандра высоко оценила стройную фигуру, приятные черты лица и красивые ручки. Особенно мило смотрелись чуть пухлые щечки, которые ассоциируются не с полнотой, а молодостью.

Все говорило о том, что эту девушку холили, лелеяли и готовили к соблазнению знатного господина.

– Доброе утро, барыня, – поклонилась Мария.

– Вернись в избу и приведи себя в порядок. А мы пока поговорим, – бросила ей старуха. Затем обратилась к Иммисандре, – зная наши нравы, можете быть уверены в ее поведении. А красоту ее могли оценить своими глазами.

– Да, я уверена, что эта девушка как раз мне и нужна. Дело займет у нее целый день.

Я сама приведу ее ночью, если вы позволите ее у вас забрать.

– А знаю, что вы барыня добрая и творите только хорошую ворожбу. Знаю я, что внученьке моей не сделаете ничего дурного и от грязных рук отгородите. Но так тяжело ее упускать из виду на целый день! Мое старое сердце может и не выдержать разлуки, разволнуюсь я! – жалобно причитала Агафья, чуть ли слезы не пуская.

– Могу заверить, что ее благонравию и чистоте ничего не грозит, – Иммисандра ненадолго скрестила пальцы за спиной при этих словах.

– Более того, я готова компенсировать ваше беспокойство ценными дарами. Я недавно приготовила свежую порцию целебной мази, снимает боль со спины, ног и простаты. Дед Ефим, думаю, почувствует себя снова молодым.

– Банка мази, мешочек санболотинских грибов, чтоб хорошо штырило, да пятьдесят медных, – отчеканила Агафья. – И я даже не спрошу, чем вы собираетесь занять мою драгоценную внученьку. И помните сударыня, вернуть вы ее обещали в том же чистом виде, в каком я ее вижу этим светлым утром.

– По рукам, – взвесив в уме сумму запрашиваемых средств и найдя ее справедливой, кивнула Иммисандра. – Медные сейчас, а мазь с грибами отдам вместе с вашей девочкой.

– Приятно иметь с вами дело, сударыня, – улыбнулась старушка и заползла в избу. Изнутри донесся бубнеж, а спустя некоторое время наружу вышла одна Мария, намного более опрятно одетая. Она все также скромно прижимала взгляд к земле, едва скрывая волнение.