Приключения профессора Марка Пигги

Ради эксперимента, он посмотрел на мелочи, хранившиеся в старинном секретере, доставшемся от какого-то родственника жены. И различил их все до единой. В закрытых ящиках.

Судя по всему, Смерть поработала офтальмологом. Да еще каким. Маркус с чисто профессиональных позиций снял шляпу перед ее искусством.

Кстати, нужно распотрошить этого дубового монстра. Дюжина золотых дублонов лежала в полотняном мешочке у задней стенки. Скряга – кем он там был жене? – наверное просто не знал о кладе, лежавшем у него под носом десятилетия.

Но что будет, если он вдруг впадет в беспамятство и накинется на жену? Ведь развитие болезни (он предпочел это называть «болезнью», нежели «жизнью после смерти» и тому подобное – согласитесь, «болезнь» в данном случае звучит оптимистичнее) ему не известно.

В голове всплыло определение из учебника медицины: «Заболевание – состояние организма, выраженное в нарушении его нормальной жизнедеятельности и способности поддерживать свой гомеостаз, вызванное…»

Так, не надо пока о «вызванном»… Что там еще? «Поддерживать гомеостаз»?

– Да у меня сердце не бьется, блин!

– Маркус? Это ты? – послышался голос сверху.

– Да, дорогая!

Он напрягся всем телом, вжимаясь в кресло.

– Все в порядке?

Нечто светлое, светящееся, с неопределенным контуром стояло в арке гостиной. Он точно мог описать каждую пуговицу ее пижамы, каждый завиток на серьгах, но не мог различить лица. Просто знал, что перед ним его жена, урожденная Каридад Винсенте, дочь инженера-химика, эмигрировавшего из теплой и не очень дружелюбной страны, когда его детей еще и в проекте не было.

– Да, все хорошо, Кари. Как ты?

– Голодный?

– Не… Скоро лягу.

– Ладно.

Женщина зевнула, прикрыв рот ладонью, и снова поднялась в спальню.

– Там курица, если что!

– Грациас, дорогая! Ты просто меня спасаешь.

Жена человека, рутиной которого было нечто пострашнее экранизаций Кинга, в плане небольших странностей благоверного являла образец деликатности. Если муж сидит в темноте один, не подавая признаков жизни, значит ему это нужно сейчас и здесь.

Маркус встретил рассвет все также сидя в гостиной. Лишь переоделся в бескрайний как альпийские луга халат цвета водосточной трубы.

Явным плюсом было отсутствие тяжелого и всепроникающего похмелья, которое должно было его приплюснуть, оставив ровно столько пространства, чтобы он мог доползти до ванной. Минусом – пульс так и не появился.