Солнце цвета льда

Понял меня?

Бао Вэнь вздохнул, и поклонился снова.

При себе Ивар оставил Нерейда и Кари, да еще к ним поднялись двое эрилей – все равно их не удержать, когда рядом корабль, выстроенный так чудно, и набитый людьми из незнакомой страны.

Устроились на корме, необычайно широкой, где хватило бы места для сарая, и еще осталось бы для собачьей будки, и такой высокой, что напоминала крепостную башню – драккар, привязанный на веревке, был виден отсюда весь, от носа до кормы, и казался унизительно маленьким.

Солнце зашло, и на палубе огромного судна зажегся огонь – от факела подпалили масло в больших штуковинах из стекла, одну повесили на нос, другую на корме, еще две – на середине каждого из бортов.

- Это, чтобы во тьме издалека видно, - догадался Арнвид. – Выходит, они не одни такие смелые, что ночью шуруют…

Паруса у чужого судна были из циновок, их, похоже, не снимали, а поднимали и подвязывали к реям. Управлялись с помощью большого количества веревок, и позволяли идти не только тогда, когда ветер дует в корму, а при боковом, и даже зигзагами при встречном.

Капитан командовал, мелкопузые бегали туда-сюда шустро, словно муравьи, на чужаков поглядывали с опаской.

- Конунг, - не выдержал, наконец, Нерейд, до сего момента ерзавший так, словно подцепил вшей или засунул за пазуху ежа. – Сколько можно на месте сидеть? Дай, я пройдусь, что ли?

- Иди, - сказал Ивар.

- И я с ним… - начал было Ингьяльд, но его конунг остановил властным движением руки.

- Два – слишком много, заподозрят что-нибудь, - объяснил он, когда обрадованный Болтун утопал в сторону центральной мачты. – Ты ведь не утерпишь, начнешь умные вопросы задавать – что да как устроено, зачем сделано, а никто этого не любит… Нерейд же, я готов поставить свои сапоги, вскоре будет глотать скверное пойло, играть в кости и трепаться с местными о бабах…

«Моряки есть моряки, - добавил они про себя, - они всюду одинаковы, кем бы ни были по рождению – северянами, ромеями, русичами или даже серками.

Того, что на Нерейда нападут, он не опасался – побоятся мести диких варваров.

Ингьяльд обиженно посопел, завозился на месте, сказал сердито:

- Можно было меня одного отпустить.

- Ничего, еще сходишь, - утешил его Арнвид. – Я пока посплю, заполночь разбудите…

Кари уже вовсю храпел, откинувшись к борту, ручищи разбросал.