Солнце цвета льда

Проснулся от дикого рева, в первый момент решил, что вновь сошлись с кем-то местных чудовищ, и оно радостно вопит, радуясь, что обед сам чуть ли не в рот лезет. Затем только сообразил, что драккар накренен очень уж сильно, и что это ветер воет так, как и дюжине драконов не под силу.

- Вставай, конунг! – крикнул в самое ухо Ингьяльд. – Тут что-то… что-то… нечто невероятное!

Поднявшись, Ивар пошатнулся – с такой мощью ураган ударил в лицо. Перехватило дыхание, воздух показался жестким и холодным, словно айсберг.

Решил даже, что блазнится спросонья – при таком ветре обязано подняться волнение!

- Что за ерунда… - пробормотал он, убедившись, что море и вправду тихое.

Вода оставалась гладкой, лишь слегка морщилась, словно жидкое масло, летели брызги. Корабль не раскачивало, не швыряло, а устойчиво кренило в одну сторону, и викинги сидели вдоль борта, напряженные, с выпученными глазами и удивленными лицами, как бледные совы.

- Давно началось!? – спросил Ивар, нагнувшись к молодому эрилю вплотную.

Ветер комкал слова, запихивал назад в рот, а те, что все же выбирались наружу, рвал на куски и уносил прочь. Приходилось орать, напрягая горло, да и то получалось не громче, чем шепот простуженного крота.

- Только что! – ответил Ингьяльд. – Над берегом туман встал, бело-синий, с искрами! Затем исчез, и вот это поднялось! Едва успели парус спустить, иначе разорвало бы в клочья!

То ли здесь, в Йотунхейме такие штуки в порядке вещей, то ли не обошлось без подлости очередного хримтурсена, увидевшего людской корабль и решившего утопить его просто так, из злобности.

Подошел Арнвид, за плечами которого хлопала меховая накидка, похожая на грязные взлохмаченные крылья.

- Чую чары! – уверенно заявил он, шмыгая красным носом.

- А отвести сможешь?! – спросил Ивар.

- Нет, слишком великая сила в них вложена, а я вчера едва не надорвался.

- Толку тогда от твоего чутья? – конунг махнул рукой, вскочил на борт, ухватившись рукой за штевень.

Грести оказалось неудобно, с одного борта весла зарывались в воду, с другого – едва до нее доставали. Но понемногу приспособились, пошли шибче, и даже Арнвид сел на одну из последних скамей.

Ветер стих, от навалившейся тишины стало больно ушам, драккар с натужным плеском выпрямился.