Марена

– Что это тебя, голубчик, в болото понесло? Утонешь ведь.

– Да я, бабушка, ведьму ищу! Злая, ужас просто! Ехал ночью на коне через лес, а тут чудище ее пару слов сказало, и я раз!.. и в деревне очутился что перед лесом стоит. Ну, я ведь не трус! Я снова в лес пошел. А тут дедушка такой, весь худой, жизнью да временем побитый, холодный весь, в одной простынке на сугробе сидит, да жалобно так предупреждает, мол "уходи, молодец, загубит тебя ведьма, прям как меня загубила". Ну пожалел я старика, на коня закинул и в деревню повез, отогреть да накормить человека надобно.

– Нет, сынок. Я к морозу привычная, – так же тепло и по-доброму отвечала Марена. И не лгала старуха. Ей приятно было поговорить с добрым человеком, а добрых людей по лесу бродило мало.

– Правда? Ты, бабушка, если что – сразу скажи! Я и хворосту помогу собрать, хочешь – и дров наколю! Ты, кстати, что тут делаешь? Может помочь чем надобно?

– Нет, милок, не надобно мне помогать.

– И не скучно в глуши жить? – удивился витязь.

– Нисколько, – улыбнулась Марена. – То витязь по лесу проедет, то грибники да охотники. Народу тут ходит много да разного.

– Ну и то хорошо, – с облегчением сказал витязь. – А не видала ли ты, бабушка, старичка такого... немощного, грязного, да без одежи почти? Надобно спасти человека.

– Видала, – улыбнулась Марена. – Только не старичок это, а хозяин леса. Дух лесной, понимаешь? Леший.

– Да быть не может! А ты тогда кто? Ведьма что-ль?

– Она и есть. Но я зла людям не творю, а Леший, друг мой, меня уберечь от тебя пытался, поэтому из лесу и выгонял. Да и ты, мало ли, замерзнешь, покалечишься...

– Быть не может! – обиженно сказал витязь. Казалось, что он вот-вот разреветься, как дите малое, у которого отобрали печеное яблоко.

– Не серчай, молодец. Слухи разные по земле ходят, да не все правдивы. На меня просто наговаривают, языки злые, – Марена так по-доброму улыбнулась, что от такой искренней доброты витязь сразу поверил ей.

– Кто? Кто посмел такую добрую душу обидеть да словом черным осквернить?! – витязь страшно нахмурил брови. – Только скажи, бабушка! Я его мигом!..

– Да не надо, пусть живут себе, благ им поболей...

– Ты такая добрая...