Смерть в двух экземплярах

…Все служебные квартиры до неприличия похожи одна на другую, как будто оформлением их занимался один-единственный специально обученный человек. Одна и та же мебель начала восьмидесятых, обязательный протертый до дыр коврик в прихожей, телевизор марки «Рубин» и немецкая люстра с тремя рожками. Комод с разнокалиберной посудой, вешалка на стене у входа и прочая прелесть в виде продавленных диванов и кресел-развалюх.

Сначала нас минуты две рассматривали в телескопический глазок, потом приятный мужской голос спросил, кто мы такие и какого черта нам надо.

– Сотрудники районного военкомата, – честно, как на духу, ответил мой куратор. – Прибыли по вопросам службы.

Дверь распахнулась, на пороге стоял мужчина моих приблизительно лет, в дорогом коричневом костюме. За его спиной в прихожей поигрывал мышцами груди молодой атлет.

– Проходите, мужики, – широко, по-свойски улыбнулся господин в коричневом, тщательно запирая за нами дверь, – вас уже ждут.

Некто сановного вида в сером костюме, сидевший за столом в гостиной, посмотрел на часы, потом на нас и, нахмурившись, бросил:

– Опаздываете!

– Виноват, – по-ефрейторски гаркнул куратор и исполнил команду «Смирно! Равнение направо!» До указанного нам времени прибытия оставалось каких-то пятнадцать минут.

Я молча опустил глазки и по мере сил и возможностей изобразил искреннее раскаяние. Спорить с генералами, знаете ли, пошло и некрасиво, а этот человек, вне всякого сомнения, был-таки генералом.

– То-то же, – удовлетворенно молвил он, встал, подошел к нам и остановился.

Постоял немного, развернулся и треснул куратора по пузу. И тут же отлетел сам, как будто наткнулся на стену.

– Здорово, Сергеич! – вдруг заорал он и совсем не по-генеральски бросился к нему на шею. – Как ты?

– Нормально, Коля, – растроганно проговорил старый бандит и повел метровым плечиком. – Скриплю помаленьку.

Глава 2

О бедном доценте замолвите слово

Если честно, я совершенно всему этому не удивился. Мой куратор, полковник Кандауров, был и остается личностью, достаточно известной в Управлении, можно сказать, легендарной.

Хотя бы тем для начала, что, несмотря на свои пятьдесят девять, состоит на службе и о выходе на покой даже не думает. Высокий, плечистый, без капли жира, о таких говорят – «железный». Классный спортсмен, он до сих пор без проблем демонстрирует на лыжне свою прямую спину многим молодым и рьяным. При случае может с любым из них постоять в спарринге или попыхтеть на борцовском ковре.