Царство Гуверон

Гильдия не сразу ,но согласиться, ведь как только порталы начнут массово вкидывать в этот мир попаданцев, никто не останется в стороне. И именно на это и он и планировал давить во время переговоров.

-Я уже послал за старейшинами.

- Они прибудут прямо сейчас? - спросил волшебник, проглатывая солидный кусок баранины.

- Зачем откладывать все в долгий ящик? Ты тут - это все, что мне надо, а коллегия... это лишь временное препятствие, которое я преодолею сегодня на переговорах.

Проглотив последний мясной кусок, Маркус поднялся со своего места и начал нервно ходить из одного угла в другой.

Все было готово, оставалось убедить старейшин в необходимости вернуть старика обратно в коллегию.

Битва будет жаркой, но будущая прибыль того стоит.

Разумно прикинув возможные доходы от продажи эля и от того насколько это повлияет на будущую расстановку сил, Майнстейм заранее настроил себя на победу. он был готов отдать гораздо больше, чем планировал, если потребуется убедить будущих гостей.

Главное, чтобы Маркус не разнес гильдию до того момента, когда заклинание будет сотворено.

Зная характер и привычки старого архимага, подобные мысли не были просто пустым звуком, они имели под собой основание, игнорировать которое было нельзя.

Вскоре вошел дворецкий. Поклонившись и отойдя в сторону, он освободил место для прохода двум облаченным в красные мантии старикам. Их лица были скрыты, но движения и то, как они вели себя, выдавали знатное происхождение.

Маркус сразу узнал своих давних знакомых.

Валериус и Квинтус. Два основоположника гильдии магов в Гувероне. Они были столбами всего магического искусства, которому обучались местные волшебники при поступлении в это закрытое заведение.

Окинув быстрым взглядом убранство, самый старый из ни - Квинтус, подошел к королю и протянул ему руку. Второй же остался на месте.

- Не слишком то дорогие покои для такой персоны как вы.

Странно он начинает - подумал Майнстейм, глядя как второй из гостей презрительно посмотрел на Маркуса. Его взгляд был зол, а густые черные усы время от времени шевелились, поддаваясь едва заметным движениям губ.