Всё не то, чем кажется

— Знаю! Всех троих прикончил! — вопит старик из-за их спин. Затем слышатся какие-то странные звуки, и он замолкает.

— Говори дальше! — просят меня люди.

— Так вот, — медленно, растягивая слова, произношу я. — Было мне плохо, горько и тяжело. Но тут в моей мрачной и беспросветной жизни появился лучик света — в лавку хозяина зашла прекрасная девушка, которую я полюбил всем сердцем.

Женщины ахают и охают.

— Как звали-то её? — спрашивает, мечтательно улыбаясь, светлокосая девица.

— Андр... — почему-то срывается с моих губ.

— Какое необычное имя! — говорит кто-то.

— Не очень-то и красивое, — хмыкают девушки помоложе.

— И ты... её... кокнул! — доносится радостный вопль старика. Похоже, кто-то закрывал ему рот, но старик сумел на время освободиться.

— Ничего подобного, зачем мне её кокать, — притворно возмущаюсь я. — Я её полюбил и хотел, это, ну, чтоб и она меня тоже.

— Расскажи, какой она была! — просит одна из женщин. Её соседки кивают.

— Расскажи, как ты её порешил! — вновь вмешивается старик.

В задних рядах начинается возня, а затем в озеро с плеском что-то падает.

— Была она прекрасной, как принцесса в сказке, — говорю я. — Глаза синие, с золотыми искрами, как ночное звёздное небо.

Проклятый язык. Ну почему не голубые, как цветы на весеннем лугу, или не зелёные, как свежескошенная лесная трава? Почему не карие, как тёплая кора нагретого солнцем дуба?

— А волосы... — продолжаю я.

— Золотые? Рыжие? — слышатся предположения нетерпеливых девиц.

А у меня на языке крутятся чёрные, которые упоминать совершенно не хочу: а ну как история каким-то невероятным образом дойдёт до Дрейка? Со стыда сгореть можно.

— Седые, — вдруг ляпаю я.

— Седые? А годков ей сколько было? — удивляются люди.

— Всего семнадцать, — вздыхаю я. — Но родные трагически погибли прямо на её глазах, тогда-то она и поседела.

— Ах, горе-то какое, — вздыхают женщины.

— Это ты их прикончил? — пробирается поближе к огню мокрый старик.

Двое мужчин берут его под руки и вновь куда-то уводят.

— Да что ж такое-то! — возмущается одна из жительниц деревни, складывая руки на груди. — Заприте где-нибудь старого дурня, он всё портит! Продолжай, малец, — ласково кивает она мне.

— Так вот, — говорю я. — Не знал я, как порадовать свою возлюбленную. Ничего-то у меня не было. Взял я у хозяина небольшой перстенёк, даже не думал, что он заметит, да только он всё примечал.

— ...