Заседание

– Значит, ни Темный властелин, ни Вельзевул и даже ни Дьявол. Назвать меня обычным чертом? Да за такие слова я вас в командировках сгною. На Канарах у меня кровью харкать будете!

Однако, начальственный гнев не только не смутил, но и подзадорил молодое дарование. Теперь он не танцевал, а буквально выпрыгивал вверх, иногда ненадолго подвисая в воздухе. Внешность его тоже претерпевала изменения. Буквально на глазах ноги превращались в козлиные и быстро покрывались густой шерстью, которая прорастала прямо через надетые на Хрень штаны.

- Вот-вот! – выкрикивал Петр, веселясь от всей души. – Стоит им опубликовать хоть строчку из предоставленной им дезы, и мы тотчас предъявим им такой иск по защите чести и достоинства нашего директора, что тут же разорим этот холдинг к чертовой матери.

Лицо чертовой матери, изображенное на портрете, висевшим на стене за спиной директора невольно улыбнулось, обнажая белые вампирские клыки.

- Ах, если вы так ставите вопрос, - несколько смягчился директор, - тогда конечно, но все равно. Вы бы меня еще мелким бесом обозвали. Могли бы и посоветоваться.

- Вы что не помните? Ах, да вы не помните. Вы же как раз в это время находились в плановом ежегодном запое, – попытался оправдаться Петр, – в связи с чем согласование вопроса происходило по сокращенной схеме с главным бухгалтером.

- Это вас не оправдывает, товарищи. Право на отдых у нас имеют все.

Хрень тяжко вздохнул и сел на свое место.

Кукиш на потолке преобразовался в кулак с поднятым вверх средним пальцем –так называемом международном жесте.

От увиденного и услышанного Ивану Семеновичу захотелось перекреститься. Однако то ли из природной осторожности, то ли из-за оценивающего взгляда главного бухгалтера, он решил воздержаться от подобных действий.

- Ну что, есть еще желающие высказаться? – продолжил директор.

Высказываться начал начальник отдела инвестиций – Василий Петренко. Вася был редкостным бабником, и что хуже всего бабником женатым. Поэтому занимался своим любимым делом исключительно в рабочее время. А когда он однажды предъявил к оплате счет за поиски крови девственницы, между ним и бухгалтерией пробежала черная кошка. Вскочив со своего места, он нервно произнес.