Заседание

Остальные члены заседания вполголоса обменивались последними сплетнями.

В общем, обстановка казалась привычной.

Первым взял слово директор.

Постучав чайной ложечкой по пустому стакану для соблюдения тишины и откашлявшись по этой же причине, он начал.

- Уважаемые коллеги, сегодня на повестке дня у нас стоит только один вопрос.

Директор наставительно поднял вверх указательный палец, акцентируя внимание.

- А именно, вклад нашего славного предприятия в победу сил зла над добром! Прошу, товарищи, высказываться.

Иван Семенович не поверил своим ушам.

Он судорожно открыл свою заветную кожаную папочку, в которую еще с вечера положил лист с повесткой заседания. Этот листок передала ему Леночка перед самым окончанием рабочего дня, и Иван Семенович просто сунул его в свою «удачливую» папку, не читая. Он верил, что эта черная, уже слегка потрепанная папка всегда приносит ему удачу. Прошедшую через многие заседания, пережившую пару директоров и одного генерального, эту папку Иван Семенович всегда брал с собой.

На листочке значились вопросы под общим заголовком: «Подведение итогов балансового отчета за первый квартал текущего года».

Иван Семенович перевел взгляд на собравшихся. Никто кроме него ничего необычного в словах директора не заметил. Начальник безопасности по-прежнему спал, ехидно во сне чему-то улыбаясь, Леночка все так же рассматривала ногти, в поведении остальных членов собрания никакого волнения тоже не наблюдалось.

А вот с бухгалтером творилась какая-то чертовщина.

Теперь листки сами срывались с одной пачки, планируя, словно осенние листья под порывами ветра. На мгновенья они застывали перед лицом бухгалтера, а затем аккуратно складывались в другую кучку. При этом ручка, знаменитая ручка главного бухгалтера, как поговаривали, с настоящим золотым пером, выписывала в воздухе такие кренделя, что дух захватывало, вдобавок она умудрялась ставить резолюцию на документах прямо в воздухе.

Сам же главный бухгалтер сидел с самодовольным видом, откинувшись в кресле, и курил толстенную сигару. Густые клубы дыма от которой подымались к верху, складываясь под потолком в исключительно непечатные выражения.

Но самое ужасное было то, что из места, на котором, извините, восседал бухгалтер, тянулся длинный голый хвост с пушистой кисточкой на конце. Кисточка нервно подергивалась.

Ивана Семеновича пробил холодный пот. Это было уже слишком.