Солнце цвета ночи

Наблюдая за его попыткой, Ивар с удивлением обнаружил, что затаил дыхание и изо всех сил желает ирландцу промахнуться.

Сын Лухта целился долго, невероятно долго, но то ли в последний момент дрогнула уставшая рука, то ли порыв ветра колыхнул мишень, но стрела пошла выше цели.

Сшибла листок и исчезла в лесу.

- Я победил! – завопил Нерейд. – Ха-ха! Наливай! Всех угощаю! Мне чужого не жалко!

- Да, не ожидал я такого исхода, - Эохайд выглядел точно побитая собака. – Может быть, устроим кулачный бой?

- Не надо, - с трудом выговорил Ивар.

Говорить становилось все сложнее. Крепкое ирландское пиво не било в голову, оно действовало куда хитрее. Тело просто отказывалось повиноваться, наваливалось мягкое оцепенение.

- Э, да? – Эохайд глянул на могучего викинга, даже сидя возвышавшегося над остальными, поспешно закивал. – Ладно, как скажешь. Пусть тогда филиды потешат нас своим мастерством.

- Кто? Филины?

- Филиды, - пояснил Арнвид. – То есть мы.

- Пусть потешат, – не стал спорить Ивар.

Эриль встал, прокашлялся и, раздувшись, словно вспрыгнувший на забор петух, начал:

Жжешь ты меня,

могучее пламя,

огонь, отойди!

Тлеющий мех

потушить не могу я,

пылает мой плащ.

Пронзительный дребезжащий голос заставил кое-кого из пировавших поморщиться, викинги разразились приветственными криками. Эохайд подсел к Ивару ближе и поинтересовался шепотом:

- Куда вы поплывете дальше?

- На запад, вдоль берега.

- Понятно, - вождь ирландцев кивнул. – Тогда вам не миновать Дом Донна.

- Что еще за дом? – Ивар глянул на собеседника с вялым интересом.

- Это остров, - пояснил Эохайд. – Под ним обитает утонувший в давние времена могущественный вождь, один из сыновей Миля. Иногда он топит проплывающие мимо корабли.

- Мы встретим его как должно, - пообещал Ивар. – Мечами и копьями.

Арнвид закончил декламацию, под восторженные вопли поклонился и с тяжким кряхтением опустился на место.

Запел протяжно, точно журавль:

Виденье чудесное было во сне мне,

как его разъяснить, знает ли кто в сем войске?

- Я поражаюсь вашей безумной отваге, - покачал головой Эохайд. – Вы и самого дьявола попытались бы поднять на мечи.